В мире где каждое мгновение важно как зерно солнца, выросло молодежное сердце Санека. Зная, что спешка — враг всего на земле, он стремится стать мастаком быстроты и точности в своих действиях. Каждый шаг приближается его к мастерству "ведьмата" в мире быстрых действий и тонкой проработки времени....
Меня на ленточки для бескозырки вот-вот распустят, а отцы-командиры в ус не дуют! Простые ведьмаки без вопросов взяли и приехали, впряглись за своего, как законы братства велят, а эти… Нет, так дела не делаются.
Кстати — эти двое оказались единственными моими знакомцами-соратниками, которых я застал в Москве. Остальных растащило кого куда. Славы так вообще уже успели в Краснодарский край умотать, по каким-то кукурузно-подсолнечным делам.
Но оно и хорошо. Я уже говорил, что толку в драке от них нет никакого, в отличие, например, от того же Дэна.
И еще — никаких «должен будешь» или «на том свете пятки мне почешешь» не прозвучало. Ребята выслушали мою бессвязную речь, уточнили адрес, куда приехать, и вскоре были здесь. Без лишних слов, без каких-либо ненужных телодвижений.
И вот теперь они, как и мы, сидели, жевали остывшую пиццу, и таращились на банку, стоящую в середине стола.
— Может, сбегать в зоомагазин, рыбку купить? — брякнул вдруг Стас.
— Так себе шутка, — буркнул Николай.
— Чем богаты, — насупился полицейский, достал из кармана платок, из сумки, что лежала на тахте, масленку и какие-то железяки, после чего ловко разобрал свой «Кольт» на запчасти и занялся его чисткой."
"Что до меня — в какой-то момент я понял, что реальность начала в моих глазах смешиваться с иллюзиями. Проще говоря — потянуло меня в сон.
И так хорошо было в этой полудреме от осознания того, что здесь-то нет никаких проблем, и никому я тут не нужен, что тычок в бок, закончивший эту добрую сказку, был воспринят мной практически как обида.
— Блин! — рявкнул я, открывая глаза. — Какая разница, как я бдю!
— Помолчи, — велел Дэн. — Не дай боги чего пропустим!
Елки-палки, я, как всегда, заснул в самый интересный момент.
— Нашли, — над комнатой проплыл утробный голос, звучащий словно из бочки. — Пишите адрес.
Колька цапнул ручку, которую с самого начала положил перед собой, и округлым, почти каллиграфическим почерком, записал всё, что было продиктовано.
Голос замолк, вода в банке успокоилась.
— Ну вот. — Говоря, Николай сразу же полез в телефон.
