Автор
Такой зимы со снежными шапками и холода, какую они видели последние десятилетья, больше никогда не появится. Подполковник Краснов смотрел на непривычно холодное утро через стекло замерзшего окна — все было покрыто льдом и белым ковром. Он не мог понять, зачем его командировали в этот край, когда мать уже устроила жалобу на суровые условия службы из-за недавнего снежного шквала....
Потому что к тебе неравнодушен самый главный здесь человек. Это злоупотребление служебным положением в личных целях.
– Мне уже начинать бояться за нашу родину? Или ты все же нечасто им злоупотребляешь? – пряча глаза, Дуня демонстративно дурачилась.
– Только в исключительных случаях, – покаялся Краснов, погладив ее по щеке. Дуня зажмурилась. Будто это касание доставляло ей не меньшее наслаждение, чем ему. Помимо воли потерлась о его пальцы. И потянулась… Потянулась в ожидании поцелуя. А он взял – и отстранился.
– Пойду, закончу с делами, чтобы освободить вторую половину дня.
– Для чего освободить?
– Ну, как же? Я отвезу тебя в деревню. Ты ведь там остановилась?
Дуня сухо кивнула. «Что, девочка, облом, да?» – с нежностью подумал Семен, скрывая охватившее его довольство под маской невозмутимости.
Перед тем, как высадить Дуню у пока единственного в их деревне отеля, где она остановилась, Семен притормозил в другом месте.
– Что-то случилось?
– Ты не узнаешь?
Дуня повертела головой по сторонам.
– Да ведь это наша земля!
– Угу. Вон тот флажок указывает на границу, разделяющую твой и мой участки. Ты еще не прикидывала, каким видишь мой дом?
С губ Дуни слетел испуганный смешок.
– Нет! Что ты, для этого мне нужно знать твои вкусы.
– Ты знаешь все о моих вкусах. За пятнадцать лет мало что изменилось.
Пока он говорил, Дуня все больше мрачнела.
– У тебя будет самый лучший дом! Можешь мне поверить, – пообещала она, в каком-то отчаянии пнув ногой остатки древнего покосившегося забора, выглядывающего из-под кучи снега.
