В сером зале диско ацапные малолетки смотрелись как зомби – мрачные рожи и злые взгляды делали их выглядеть потусторонними. Леона среди них – настоящий чужак, и это его преимущество: он единственный, кого боятся все вместе.
Нюх у него на всякое дерьмо зашифрованное уникальный. Только глянет на человека и уже может сказать, кто он, чем дышит, с чем его едят. Честный пацан он или сука «кумовская». Стукачей-сексотов не раз раскусывал. На зоне, у Графа на подхвате, он срок тянул. Незаменимый кадр. И сейчас Гончар постоянно при нем, он его директором комитета гангстерской безопасности называет.
– Есть тут на него кое-что, – подал голос Гончар. – Но так, пустяк...
– Ну?..
– В газете статейку на него один чувак тиснул. Типа, козел он, этот Баул, спортсменов в мафию втравливает.
– Ну и чо?
– Да можно «торпед» баульских повязать, на признанку расколоть, на видеокамеру снять...
– А кто он, тот чувак, на которого наехали?
– Иван Булатников, председатель городского совета бесконтактного карате-до...
– Что-то знакомое.
– Его младший брат, Леонтий, оказал вам в свое время одну очень важную услугу...
Все Гончар помнит, все знает.
– Он вроде тоже каратяка... И в Афгане воевал... На зоне он сейчас...
– Нет, уже откинулся. Три дня как дома...
– Бери его в оборот, Алыча. Пацан боевой, да на Баула теперь злости у него в избытке. «Быком» его к себе бери. Посмотрим, как поведет себя...
– Как скажешь, Граф...
– А Баулу надо предъяву бросить. Типа, каратяка тот под нашей «крышей» был. А Баул наехал на него, «косяк» упорол.
– Разборки начнутся не слабые, – вставил слово Бекас.
– Да, бойня покатит в цвет, – не стал отрицать Граф. – Но без крови Баула не раздавишь...
Ивану Булатникову отводилась роль яблока раздора. Якобы из-за него начнется кровавая война за господство мафиозных кланов. А Леонтий, его младший брат, значил для Графа не больше, чем солдат для генерала...
* * *Леон услышал автомобильный сигнал. Он посмотрел вправо и увидел черный «БМВ»-«пятерку».
– Ну, чего вытаращился? – Леон подскочил к машине.
– Э-э, ты чо, в натуре? – испуганно сказал тот.
Тихонько распахнулась задняя дверца. Из машины вышел кряжистый мужик с метровыми плечами. Морда типичного уголовника, глубоко посаженные глаза, перебитый нос, шрам над губой. В нем угадывалась козырная масть.
– Да ты расслабься, пацан, – снисходительно улыбнулся он.
