В подземном переходе города мелькали редкие имена розовых, лиловых и фиолетовых цветов. Андрей Сабуров остановился, пораженный необычностью этого места в середине зимы — в десятки тюльпанов заменила обычные сногсшибательно-красочные букетики. А вокруг — мир безмятежный и застывший, словно заколдованный ледяной яркостью светодиодов метро....
Но американец оказался предусмотрительным.
— На колени его поставь, — сказал он Вахтангу.
— Что? — переспросил грузин.
— На колени! У него же ноги развязаны, он может тебе врезать. А если на колени поставишь, то вряд ли.
«Сволочь!» — с бессильной злобой подумал Андрей. Но делать было нечего. Грузин надавил ему ребром стопы на сгиб колена. Пришлось опуститься на пол. Только после этого второй грузин и американец прошли по коридору в другой конец. Там тоже был спуск. Видимо, в этом доме подвалов было два.
Андрей хотел было все-таки рвануться, но, трезво оценив шансы, понял, что толку не будет. Если бы его на колени не поставили, можно было бы попробовать свалить охранника неожиданным ударом ноги. А так… Пока он встанет, грузин его тридцать раз вырубит или пристрелит.
— Если дернешься, стрелять буду в ногу, — словно подтверждая опасения Сабурова, сказал Вахтанг. — Дай мне повод, очень тебя прошу.
Андрей промолчал. Чувствовалось, что такого, как этот тип, лучше не провоцировать.
Они стояли так минуту, две. Ни Ската, ни тех, кто за ним отправились, все не было. У Андрея в душе уже затеплилась было надежда — если что-то идет не так, то ему это на руку. Но тут дверь в конце коридора открылась. Из нее вышел американец. Вид у него был тот еще — его шатало, как пьяного, лицо было в крови.
Грузин дернулся было, но вовремя опомнился и остался стоять, где стоял.
— Что случилось? — спросил Вахтанг, когда янки подошел к ним. Американец отмахнулся и вошел в комнату.
— Заходи! — рыкнул грузин на Андрея. Сабуров такой команде был только рад, ему было очень важно знать, что сейчас янки своему начальнику доложит. Видимо, Вахтангом те же самые мотивы двигали.
— Что такое?! — Смит аж привстал с топчана, увидев вошедшего подчиненного. — Где Скат? Где Отар?! С тобой что такое?
— Отара он вырубил, — с трудом выговорил боевик.
— Знаю, что волка, — ответил Смит, садясь на место. Он явно успокоился, понял, что ничего непоправимого не произошло. — Но и вы не кролики, вообще-то! Как он ухитрился?! Вы его что, развязали?
— Только ноги, как и этому, — американец кивнул в сторону Сабурова.
