В подземном переходе города мелькали редкие имена розовых, лиловых и фиолетовых цветов. Андрей Сабуров остановился, пораженный необычностью этого места в середине зимы — в десятки тюльпанов заменила обычные сногсшибательно-красочные букетики. А вокруг — мир безмятежный и застывший, словно заколдованный ледяной яркостью светодиодов метро....
— А теперь уходим!"
"Он кинулся вправо — не дальше к центру острова, а вбок. Здесь было двигаться еще труднее, но Скат сумел пролезть в узкую щель между двумя валунами, перелезть через третий, а дальше уже был довольно пологий спуск к воде. Андрей следовал за ним. Теперь до него уже начало что-то доходить. Грузины наверняка задержатся перед той скалой, из-за которой они на них камни спустили. Потом не сразу сообразят, что преследуемые не пошли дальше вверх, потеряют время. Да, все это, конечно, здорово. Но вот сами они что дальше делать будут? Прыгать в воду и плыть к берегу? До него метров пятьсот.
— В воду! — скомандовал Скат. — Держи!
Андрей взял у Ската из рук кусок толстой резиновой трубки.
— Плывем под водой! Дышим через трубку! Камень возьми, а то всплывать будешь.
У Сабурова глаза сверкнули — ему показалось, что он понял. Под водой до берега… Если дышать через трубку, то это вполне реально. А короткий кусок трубки, торчащий над водой, заметить трудно, тем более что еще не окончательно рассвело.
— Ты куда поплыл?
— К берегу!
— Нам не к берегу, а к катеру! Подплывем — ты его справа обходи, я слева. По сигналу атакуем, сигнал я подам.
— Какой?
— Камнем по камню стукну, под водой звук хорошо разносится.
Они поплыли. Теперь Андрей в полной мере оценил план Ската.
«Вот только если при захвате катера нас не пристрелят, — промелькнула в голове мрачная мысль. — Могут ведь трубки заметить все-таки».
Плыли минут семь — вроде и недалеко, но под водой быстро плыть не получалось.
