В подземном переходе города мелькали редкие имена розовых, лиловых и фиолетовых цветов. Андрей Сабуров остановился, пораженный необычностью этого места в середине зимы — в десятки тюльпанов заменила обычные сногсшибательно-красочные букетики. А вокруг — мир безмятежный и застывший, словно заколдованный ледяной яркостью светодиодов метро....
Он сгруппировался, еще в воздухе начал возиться с пристегивавшими его к креслу ремнями — каждая секунда была дорога, катер с эсминца уже наполовину спустили. Хорошо, что другим кораблям сейчас не до них со Скатом, иных проблем хватает."
"Посадка получилась довольно мягкой. Андрей погрузился в море с головой, но тут же вынырнул — прямо под опускающийся купол парашюта. Андрей сделал глубокий вдох прежде, чем голову облепила ткань. Потом он окончательно освободился от кресла, нырнул, проплыл под водой несколько метров и вынырнул уже за пределами распластавшегося по воде шелка.
— Скат! Ты где?
— Здесь! — отозвался командир. Он был метрах в тридцати от Сабурова.
— Там катер спускают с корабля! — крикнул Андрей.
— Видел. Так, значит, не раздевайся, сапоги не снимай и вперед, к тому острову!
Слева от них, метрах в ста пятидесяти, в самом деле был остров — ну, точнее, по морским меркам, маленький островок. Весь он размером был максимум с два футбольных поля.
— Зачем?! Мы и до берега успеем!
Сабуров был прав — берег был от них максимум метрах в четырехстах, доплыть до него было вполне реально.
— Слушай что тебе говорят! — крикнул Скат. — За мной, в темпе!
И он погреб к островку. Сабуров последовал за ним. А что было делать — не отказываться же выполнять недвусмысленный приказ командира. Кроме того, Сабуров здорово надеялся, что командир знает, что делает, а не просто решил таким хитрым образом покончить с собой.
Когда они подгребли к каменистому берегу острова, катер уже отвалил от эсминца. Два других дымили, вокруг них уже собрались прочие корабли, похоже, они оказывали пострадавшим помощь. Один из эсминцев уже сильно накренился, видимо, через пробоины изрядно воды натекло. Правда, надежды на то, что он совсем потонет, было мало — так просто боевой корабль не потопишь. Он и на отсеки разделен, и насосы там мощные.
— На берег нельзя было, Андрей. Они на катере.
— Мы бы успели доплыть.
— Успели. Но они отстали бы минут на пять, самое большее. Кстати, не исключено, что еще на воде нас издалека достали бы — к тому моменту, как мы на берег бы выходили, нас от них отделяло бы в лучшем случае метров двести.
