– Почему вы думаете, что Салливан уже не связался с полицией?
– Потому что я знаю Уолтера, – просто ответил президент. – Он сделает все по-своему. Чтобы получилось зрелищно. И подойдет ко всему дотошно. Этот человек никогда не спешит. Но когда он начинает действовать, результаты получаются быстрыми и сокрушительными.
Бёртон уронил лицо в руки; мысли его неслись стремительно. Годы подготовки привили ему близкую к врожденной способность мгновенно обрабатывать информацию, думать на ходу, действовать на долю секунды быстрее всех остальных. И вот теперь у него в голове болталась мутная взвесь, похожая на вчерашний кофе, густая и маслянистая; разобрать в ней что-либо было невозможно. Бёртон поднял взгляд.
– Но убить старика?..
– Я утверждаю, что прямо сейчас Уолтер Салливан думает, как лучше нас уничтожить. Подобные действия не вызывают у меня никакого сочувствия. – Президент развалился в кресле. – Выражусь коротко и ясно: этот человек решил воевать с нами. А каждый должен отвечать за последствия своих решений. И Уолтеру Салливану это известно лучше, чем кому-либо из живущих на земле. – Его глаза снова двумя лазерными лучами вонзились в лицо Бёртона. – Вопрос заключается в том, готовы ли мы нанести ответный удар?
Последние три дня Коллин и Бёртон провели, следя за Уолтером Салливаном. Когда миллиардер вышел из своей машины в этой абсолютной глуши, Бёртон не мог поверить в удачу. В то же время он проникся глубоким сочувствием к своей жертве: теперь расправиться с Салливаном было проще простого.
Муж и жена убиты. Машина мчалась назад в Вашингтон. Бёртон непроизвольно потер руки, стараясь избавиться от грязи, которую чувствовал во всех складках кожи. Его прошиб холодный пот при мысли о том, что он никогда не сможет стереть это чувство, реальность того, что он совершил. Опустившийся до нижнего предела эмоциональный барометр останется с ним каждую минуту каждого дня, до самого конца жизни. Он заплатил за свою жизнь жизнью другого. В который уже раз. Его хребет, так долго остававшийся стальным стержнем, теперь превратился в жалкую резину. Жизнь поставила перед ним высочайшую задачу, и он с ней не справился…
Вонзив пальцы в подлокотник, Бёртон уставился в окно в темноту.
Самоубийство Уолтера Салливана потрясло не только финансовое сообщество. На похоронах присутствовали самые влиятельные политики и бизнесмены со всего мира.
