Автор
Дежурный на посту обсерватории заходил в ласковую подземную залу визинга, чтобы ощутить космос напрямую, не через датчики. Погранзаставка установлена здесь уже более тысячи лет, когда человечество активно расселялось по звездам и верило в свою центральную роль во Вселенной....
– Но меня в данный момент больше всего тревожит реплика Грехова…
– «Проекции» Грехова.
– Его «проекция» превосходит по возможностям любого из нас. Интересно, какой смысл он вложил в слова, что Влада «нет нигде»?
Ответом волхву было молчание.
ВЫХОД ЗА ПРЕДЕЛЫ МИРА
Ладони отца были надежны и сильны, Влад умещался в них целиком, чувствуя уверенность и покой, ему было уютно, сладко, тепло, приятно и хотелось нежиться в этой колыбели долго-долго…
Потом над ним склонилось чье-то смутно знакомое лицо, черные горящие глаза заглянули в глаза, в душу, и Владу показалось, что его вместе с отцом и частью мира подхватили другие ладони, огромные, упруго-податливые, горячие и нестерпимо холодные одновременно.
«Чем могу помочь?»
– Где я? – прошептал Влад-«руна», пытаясь вернуть себе человеческий облик."
"«Вы находитесь не «где», а в состоянии перехода».
– Какого перехода?
«Перехода из реального физического в семантическое пространство с трендом распада личности».
– Что такое тренд?
«Потенциально вероятная тенденция».
– Кто ты?
«Я хранитель реликтовой сети метро, созданной теми, кого вы называете Сеятелями или Серыми призраками».
– Это я с тобой разговаривал внутри Тартара?
«Вы и сейчас находитесь внутри этого виртуального объекта и одновременно на границе «струны».
– Как это понимать? Я… умер…
«Разумная сверхсистема, которую вы называете тартарианами, поддерживает вашу жизнедеятельность. Однако прошу заметить, что вы теряете психофизические запасы и долго в этом состоянии не продержитесь».
– Да, мне плохо… я ничего не вижу…
«Могу помочь вам выйти из этого состояния. Какой выход вы желаете принять?»
– Куда ведет метро?
«Сеть «струн» пронизывает множество метагалактических доменов, но многие каналы стали непроходимы из-за флуктуативной неустойчивости…
Влад почувствовал, что проваливается в тягучее вязкое болото небытия.
