Она продолжала собирать материал, написала хорошую статью, Лисицин сухо похвалил, но когда статья вышла в журнале, Ася не обнаружила в шапке своей фамилии.
Конечно, она попыталась узнать, почему так произошло, и наткнулась на абсурдное заявление своего руководителя о том, что новая молодая аспирантка более нуждается в публикации, чем Ася. Вот следующая статья будет только под их двумя фамилиями. Затем он посмеялся, назвав Асю жадиной, как бы невзначай отметил появившийся лишний вес, проявил заботу, порекомендовав сдать кровь на сахар и вообще заняться собой.
Ася обиделась и затаилась. Она продолжала вести больных, всё так же отдавая предпочтение тематическим, подружилась с той самой аспиранткой. Они вместе ходили в кино, сидели в кафешках, болтали о том о сём. Аня, так звали новую подругу, не собиралась задерживаться в их краях и через год, сразу по окончании аспирантуры, собиралась выйти замуж и уехать. Ей действительно нужно было сделать работу как можно быстрее. Ася решила помочь.
Следующая статья, написанная Асей, также вышла под чужими фамилиями. Но Ася не унывала. Теперь она точно знала, чего хочет в жизни, и первым пунктом стояло быть как можно дальше от Лисицина. Ведь чувства не прошли и даже не ослабли.
И вдруг всё опять изменилось. Эдуард Евгеньевич пригласил её в кабинет и назначил дату занятия, потому что, по его мнению, Ася выпала из колеи и работает не в полную силу.
Теперь, спустя много лет, она понимала всю степень своей глупости и наивности. Но это теперь, а не тогда. В то время она ждала ответных чувств, надеялась, что то, что происходило между ней и профессором, — настоящая любовь, что он пренебрегал ею в силу обстоятельств, а теперь осознал, насколько она ему дорога.
Конечно, встреча закончилась сексом, потом случилась ещё одна, и ещё… Ася снова расцвела. Она любила и была любима. Лисицин стал прежним. Он попросил прощения, сослался на трудный период в своей жизни, на размолвку с женой, на невероятную тоску по дочери.
Ася простила. Она снова поверила в своё счастье.
Тот злополучный день в середине мая запомнился ей на всю жизнь. Она заполняла листы назначений, когда в ординаторскую влетела взбешённая Аня.
