Этот рассказ о Генеральном сыщике из числа молодых и перспективных кадровиков, чей взгляд на закон не ограничивается УК, а заключается в распоряжениях свыше. Его карьера построенна на лёгких хитростях и незаметных взятках, но он остаётся бескомпромиссным во всём остальном — даже когда дело касается собственного расследования в Азии, где мир кажется особенно неадекватным....
Но сейчас такая ерунда не имела особого значения, потому что адвокат, имевший обширные связи по всему миру, знал тех, кто достанет документы без всяких ключей.
«Пока пусть все остается как есть. Утром лечу в Швейцарию, забираю документы, потом начинаю принимать империю Сэя. И еще: деньги, лежащие мертвым грузом на счетах в банках, необходимо пустить в дело и войти в легальный бизнес».
На лице адвоката Бакарича появилась улыбка. Этот день стал для него счастливым…
Продвигаясь по джунглям во главе небольшого отряда, Факир первым услышал посторонний звук и предупреждающе выбросил вверх левую руку, а правой поднял штурмовую винтовку и упер приклад в плечо, указательный палец коснулся спускового крючка.
Сглотнув подступивший к горлу нервный ком, Факир левой рукой осторожно оттянул затвор. Щелчок металлической пружины вышел слишком громким и прозвучал неестественно зловеще.
Колеблющееся на фоне джунглей марево исчезло, как лесной туман, проползающий среди деревьев…
Услышав щелчок взводимого затвора, Давыдов мгновенно опустился на колено и, выставив перед собой автомат, укрылся за толстым стволом дерева.
«Черт возьми, что это значит? — прикусив губу, с тревогой подумал майор. По всем прикидкам, от возможного преследования они оторвались и сейчас находились в том районе, где патрулям Сэя делать нечего. — Ну, хорошо, допустим, это действительно засада, почему они не были готовы заранее? Принцип любой засады — внезапность.
Денис был в смятении. С одной стороны, он не понаслышке знал, чего только на войне не бывает; с другой — все выглядело не просто нелогично, а абсурдно.
