Этот рассказ о Генеральном сыщике из числа молодых и перспективных кадровиков, чей взгляд на закон не ограничивается УК, а заключается в распоряжениях свыше. Его карьера построенна на лёгких хитростях и незаметных взятках, но он остаётся бескомпромиссным во всём остальном — даже когда дело касается собственного расследования в Азии, где мир кажется особенно неадекватным....
— Сэя? — переспросил Давыдов пересохшими губами и невольно усмехнулся. — На днях мы вашего фигуранта отправили в долину счастливой охоты, а заодно взорвали и нору этого упыря. Так что в этом деле Интерпол может расслабиться и перекурить.
— Вы уничтожили Сэя?!
Как настоящий профессионал, наемник сразу вспомнил недавний грохот, который он тогда принял за дальние раскаты грома. Теперь понял, что это был мощный взрыв, ведь бункер героинового императора иначе наверняка невозможно уничтожить.
— Уи, — из своего скудного словаря французского языка морпех выудил еще одно слово и красноречиво развел руками.
— Но зачем?
— Потому как выполняли задание.
«Действительно, кто же здесь может оказаться по собственной воле. Значит, русские решили обойтись без бюрократической волокиты, которой пропитаны все правоохранительные органы Запада. Браво, камрады, что еще можно сказать». Впрочем, расторопностью коллег из холодной и заснеженной Москвы Факир был куда меньше поражен, чем встречей здесь, в тропической глуши, с группой спецназа, работающей автономно, но по тому же заданию.
— Предлагаю в данной ситуации объединить усилия, — недолго думая, предложил Денис.
— Уи, — согласился с ним наемник…
Две группы расположились на небольшой поляне и после короткого знакомства перешли к делам насущным.
Так как из диверсионной группы один Давыдов довольно неплохо знал английский язык, ему было доверено вести переговоры с французами.
— Как вы собираетесь покинуть этот «благословенный» край? — первым делом спросил Факир. Он сидел на земле по-турецки, положив «М-16» на колени. Рядом расположились Гуффи и Сумико; они в отличие от русских коллег владели английским и могли принимать в разговоре активное участие.
— У нас был план эвакуации, — начал Денис, заранее решив, что посвящать чужаков в свои отношения с шефом, генералом Ремизовым, не будет (это, так сказать, семейное), поэтому говорил общими фразами, — но во время операции утратили связь с центром и, соответственно, лишились канала.
