— Ой, тетя Любочка, — Лариса разрыдалась еще горше, — как хорошо, что вы с дядей Родиком у меня есть! Без вас я бы пропала совсем!
«Скорая» приехала через полтора часа. Все это время Любе пришлось метаться между плачущей Ларисой, проснувшимся и капризничающим двухгодовалым Костиком и лежащим на диване Геннадием, который, несмотря на высокую температуру, грязно бранился, угрожал всех урыть и категорически отказывался от медицинской помощи.
— На хрена вы этих лепил вызвали? Никто мне не нужен, я в порядке, и ни в какую больницу я не поеду, не фиг мне там делать. Слышь, сосед, налей мне стакан, мне лучше всяких лекарств водка помогает.
Он порывался встать и уйти из дома, но сил не было, и мощный Родислав без всяких усилий удерживал Геннадия в лежачем положении.
Наконец приехали врач и фельдшер — двое здоровенных молодых мужиков, от которых исходил легкий запах спиртного. Родислав встретил их у двери и на несколько минут задержал в прихожей, прежде чем провести к больному. После этого короткого разговора все пошло как по маслу, и опасения Ларисы не оправдались. Медики были вежливы и доброжелательны, к больному отнеслись с сочувствием и его алкогольную практику никак не комментировали, только задавали вопросы, на которые все присутствующие добросовестно отвечали.
— Будем госпитализировать в инфекцию, — негромко обратился к Родиславу тот, который был врачом. — Вам все равно — куда? Или поискать, что получше? Можно на Соколиную гору, а можно в Боткинскую, но на Соколинку бесплатно, а за Боткинскую надо будет… сами понимаете.
Родислав понимал. Платить за соседа-алкоголика ему не хотелось. И сочувствия к нему не было. Сам допился — вот и пусть лежит в первой попавшейся больнице. Он уже открыл было рот, чтобы сказать, что ему все равно, куда увезут Геннадия, но поймал панический взгляд Ларисы и умоляющий — Любы, и вспомнил о своей вине перед этим спившимся человеком и перед его ни в чем не виноватой дочерью. Как знать, если бы тогда, восемнадцать лет назад, он, Родислав Романов, не струсил и честно рассказал обо всем, что видел, судьба Геннадия и его семьи сложилась бы совсем по-другому, более благополучно, и Лариска не была бы сейчас матерью-одиночкой, и Татьяна Федоровна осталась бы жива и здорова, и сам Геннадий спокойно работал бы и не пил так много."
"— Давайте, ребятки, куда поприличнее, — попросил он. — Мы заплатим, сколько надо.
Врач подсел к телефону и начал куда-то звонить. Через десять минут переговоры были закончены, и больного стали на носилках выносить из квартиры. Родислав и Люба быстро поднялись к себе, чтобы передать маленького Костика на попечение Лели, одеться и взять ключи от машины. Лариса поехала с отцом в карете «Скорой помощи», а Романовы — следом на своей «Шкоде».