Автор
Необычная квартира в старом деревенском доме оказалась ключом к новым переживаниям и надеждам после успешных экзаменов в аграрном университете. Здесь каждое пространство напоминает о жизни отцов и дедушек, но в то же время дает шанс на самостоятельное творчество и самовыражение....
Когда проходил мимо автобусной остановки, мелькнула мысль: хорошо бы все бросить и уехать домой к родителям. Хотелось вернуться в привычный уют, оказаться в своей комнате. Сидя на полу возле батареи, слушать «Крематорий» и писать романтические стихи, в ожидании когда мама позовет ужинать.
Возле ларька на остановке я заметил Настю. Она сидела на лавочке и лихорадочно листала какую-то тетрадь. Движения ее были торопливыми и неловкими, словно от скорости нахождения нужной записи зависело что-то жизненно важное.
‒ Привет! Как дела? ‒ чуть не заикаясь, выговорил я."
"Настя подняла глаза от тетради. Я заметил, что они покраснели, будто она плакала, а на скулах заметны разводы туши, подтверждающие эту догадку. Ее взгляд был испуганным и удивленным, вероятно, она просто не узнала меня в первый момент. Только после продолжительной паузы (которая показалось мне бесконечной, хотелось провалиться сквозь землю от неловкости) девушка, наконец, ответила:
‒ Привет.
‒ Да. У тебя что-то случилось?
‒ Нет, ничего, просто… ‒ она шмыгнула носом и тут же полезла в сумочку за платком. ‒ Просто у меня только что была первая лекция по математике, и я ничего не смогла понять. Ну, совсем почти ничего. Сидела, писала… Профессор в конце говорит: «Вопросы задавайте!» ‒ а я сижу как дура и рот раскрыть боюсь. А ведь в школе отличницей была, мне медаль только из-за сочинения не дали, сказали, плохая сочинительная часть, а там-то не единой ошибки не было.
Она перешла на невнятное бормотание и снова несколько раз всхлипнула. Мне захотелось как-то ей помочь, успокоить и утешить, но я не знал, как это сделать.
‒ Ну, не переживай, все образуется. На математике свет клином не сошелся. Я вот в ней тоже ничего не понимаю почти, но выкручивался как-то.
