Двигайся спокойно, без суеты, они нас догонять не кинутся.
Я кивнул, и мы снова погрузились в напряженное ожидание. Пару остановок мы просто молчали. Мне надоело смотреть в окно, и я стал любоваться профилем Веры. В такие минуты она чем-то мне напоминала Никиту из французского боевика. Ее черты от напряжения как-то заострились, и от нее буквально веяло опасностью. Чувствовалось, что на самом деле ей всё нравилось и обычная поездка по билету – это не для нее."
"Контролеры всё не появлялись, и я уже было подумал, что нас пронесло и что действительно билеты решили вовсе не проверять, как вдруг распахнулась дверь вагона с другой стороны, ближе к хвосту поезда, и оттуда возник запыхавшийся Витька.
– Контролеры с хвоста идут, – выпалил он. – Они, по ходу, в последнем вагоне бухали, а теперь опомнились и двинули. Мы как увидели, подорвались и назад дернули. А Настя замешкалась, и ее хлопнули. Теперь в тамбуре стоят разбираются, орут, через вагон слышно, похоже, датые, блин.
– Так, через сколько станций универ? – быстро спросила Вера.
– Через одну, – ответил я. – сейчас Химзаводская будет, а дальше универ.
– Так, значит, главное – их заболтать, чтобы на следующей не высадили, а там дальше нам и так выходить. Ярик, ты у нас мастер на жалость давить, ну-ка, пошли со мной.
Я кивнул, и мы быстро помчались в хвост электрички. Витька трусил следом, но, когда мы добрались до вагона, где сидели встревоженные остальные девочки, Вера жестом остановила его.
– Сами справимся, не лезь. Если толпу зайцев увидят, точно всех высадят. Давайте идите в начало, всё норм будет.
Вера побежала дальше по вагону, и я припустил за ней. Через два вагона она неожиданно остановилась перед тамбуром и обернулась ко мне:
– Всё, Ромео, твой выход. Плети им всё, что хочешь, хоть стихи читай, хоть вприсядку пляши, главное, не дай высадить вас на следующей станции. А там уже пофиг, пусть высаживают. Я тут буду, с этой стороны тамбура, подключусь, если что. Давай, удачи!
Я дернул дверь и шагнул в полумрак соседнего тамбура. Там две необъятно толстые тетки в форменных жилетках с переносными кассовыми аппаратами учили жизни бедную Настю. Та забилась в угол и уже почти плакала, а толстые тетки нависали над ней и орали глумливыми голосами.
– Что, студенточка, деньги-то прогуляла все? – хихикала одна.
– Все вы такие, ушлые, ездить на халяву, – продолжала вторая. – И штраф платить не буду, авось и так сойдет.
-Уважаемые, можно мне вмешаться? – громко рявкнул я. – Эта девушка со мной.
– О, отлично, тогда плати за нее штраф,
– Но как бы…
– Что, тоже денег нет? А билет?
– Нет, но…
В этот момент поезд как раз начал останавливаться у станции Химзаводской.
– Вот так жених у тебя, голожопый, – ехидно оскалилась первая контролерша.