Вот я тебе и говорю, как нормальному пацану, свали, пожалуйста, к нам свой пацан в бригаду выйдет, и всем хорошо.
Я думал, что весь сыр-бор был связан исключительно с Леной, а оказалось, всё гораздо банальнее. Я оглянулся, надеясь позвать кладовщика Серегу, но тот скрылся в своем офисе и не обращал на нас внимания. Парни, наоборот, поднялись со своих мест и с интересом следили за ходом беседы. Агдамыч тоже оторвался от своего термоса и повернулся к нам. Все зрители ждали моего следующего шага, а я совершенно растерялся.
– Н-нет, я пока уходить не планировал, мне как бы работа нужна…
– Знаешь, чем лох от нормального пацана отличается? Лох не понимает ни хуя, и ему дают пизды, чтобы он понял. Ты вот лох стопудово, я тебя при телке твоей лохом назвал, а ты ссышь мне даже ответить. В натуре, первый раз такого лошару вижу.
Мысли заметались у меня в голове. По идее, сейчас нужно было начать что-то говорить за мою подписку, забивать стрелку или начинать переть буром в ответ. Я попытался представить, что бы в этой ситуации сказал Большой Миша, но в голову совершенно ничего не приходило. Единственное, на что мне хватило духу, – набрать побольше воздуха в грудь и резко гаркнуть в ответ:
– НУ И ЧЁ?
Белобрысый несколько оторопел от такой наглости. Он на несколько секунд завис, размышляя, а потом как-то торопливо произнес:
– Блять, короче. Вали по-хорошему, а то хуже будет. Не выйдешь на работу, потому как в больницу попадешь.
С этими словами грузчик развернулся и пошел к своей компании. Почти сразу распахнулась дверь кладовщицкой, и оттуда появился Серега с новой стопкой заказов в руках:
– Так, перерыв окончен, хватит филонить. Леночка, ты тоже возвращайся, там еще кучу накладных надо повбивать.
Я подумал, что кладовщик тоже наблюдал под дверью за развитием событий, уж больно точно по их завершении он появился. Лена встала с поддона и, встревоженно оглянувшись на меня, поспешила на рабочее место. Я же продолжал сидеть, не понимая, что делать дальше. Другие работники подошли и забрали свои заказы, Серега скрылся обратно в свою комнатенку, а я никак не мог собраться с мыслями.
– На, дегжи, вот твои два заказа, – сказал Аркадий Агдамович, присаживаясь рядом. – Молодец, что не повелся, дгаки тут запгещены, тебя бы вгаз выпегли. Эх, знал бы этот Лёша, что на самом деле значит слово «пацан», было бы очень забавно.
– А что оно значит?
– В одесских тюгмах еще до геволюции этим стагым евгейским словом называли молодых пассивных гомосексуалистов, а потом из уголовной сгеды это слово пгосочилось в обычную гечь, – усмехнувшись ответил грузчик. – Сейчас этого уже не помнят, но в моей молодости были места, где за обгащение «ПАЦАН» били в могду без газговогов вообще.
– Фигасе, – выдохнул я. – Не знал раньше об этом.