В Адаптации Юлии Шолох начинается история из разума и бессилия, когда самолет мчится к краю глубокого обрыва. Страшные дрожь снарядят тебя в холодной инертности, где каждый звук кажется громом. Крики стюардессы зовут на спасение, но сама реальность не знает чуда — только жестокий прилив горя и одиночества....
Но тут случилось нечто вполне предсказуемое и сложные планы из головы проворно выветрились – он вернулся домой: веселый, энергичный, с влажной кожей, окутанный запахом зелени и силы, - и всё остальное пришлось отложить на неопределённое время.
А потом Парфен заявил, что мы должны пожениться. Вот так прямо вышел однажды из душа и сказал:
- Мы должны пожениться.
Я отвлеклась от журнала с татуировками, которые приняты у кисейцев и наносятся по любому поводу (как я втайне подозреваю, с целью придать идеальной расе небольшой изъян, некоторое несовершенство), порадовалась, что сижу и переспросила:
- Что?
Нашим отношениям (начиная отсчёт с того вечера, как Хиромэ объявила Парфену отставку) исполнилось восемь дней.
- Ты же хочешь попасть на Землю как можно быстрее?
- Хочу!
На самом деле все шансы разбогатеть у меня уже имелись. Выяснилось, что информация о созданном мною платье просочилась далеко за пределы вечера, где блистающая Хиромэ произвела фурор не своим отказом от замужества, а именно своим необычным туалетом, который не соответствовал ни единой модной тенденции текущего сезона, однако умудрился стать лучшим среди нарядов в категории «приятная неожиданность», что внесено в анналы истории (понятия не имею, где эти анналы находятся и что из себя представляют, да и не особо хочется знать, если честно).
Хотя я не жалею. Как можно жалеть об обстоятельствах, которые привели меня к Парфену? Или его ко мне? Да никак!"
"Но всё равно, даже при открывшихся возможностях времени на сборы достаточной для полёта суммы уйдет немало.
