В Адаптации Юлии Шолох начинается история из разума и бессилия, когда самолет мчится к краю глубокого обрыва. Страшные дрожь снарядят тебя в холодной инертности, где каждый звук кажется громом. Крики стюардессы зовут на спасение, но сама реальность не знает чуда — только жестокий прилив горя и одиночества.
- Я в порядке.
Он перевернулся, поднял руку и машинально потёр лоб.
- Хорошо. Под утро я уже начал бояться… что придется нарушить своё слово.
- Какое?
Парфен слабо улыбнулся.
- То самое. Вода есть?
- Да.
- Давай, моя закончилась.
Когда он совсем уже проснулся и мы были готовы выходить на дальнейшие поиски, я открыла рюкзак и выгребла все свои росинки. Ну, кроме тех двух из кармана, но одна из них – подарок на память, а вторая - талисман, так что имею полное право их оставить. Росинок в ладони оказалось не так уж много. Жалко, набралась всего горсточка, он отдал Чипку больше, но хоть какое-то начало. Я подошла к Парфену и протянула росинки.
- Спасибо, что спас меня вчера.
- Ты бы не умерла, только болела бы долго, - запротестовал он, не замечая подношения.
- Всё равно спасибо. Я верну тебе все потраченные росинки, обещаю, а пока возьми эти.
Ну вот… Опять что-то не так сказала. Глаза у него прищурены и, кажется, он снова злится. Если бы у него был хвост, уверена, что он бы бил им по ногам, как взбешенная кошка.
- Кисейцы не забирают свои дары, - наконец, заявил он.
- Это был не дар.
Он как будто оттаял.
- А что же тогда это было? – спросил с любопытством.
Спорить не хотелось. Не знаю, что он углядел в моём поступке оскорбительного, но пусть не забывает, что я всё же не читала их учебники этикета!
- Будешь брать или нет?
- Кисейцы не забирают свои дары, - снисходительно повторил он.
- Ладно, как хочешь.
Росинки перекочевали обратно в мой рюкзак, так сказать, успешно вернулись домой. А я ведь почти распрощалась со своими сокровищами! И ощущение было такое, будто я отрываю от сердца, ну, к примеру, пушистого котенка, который только-только открыл глазки и мяукает так же душещипательно, как плачут младенцы. Вот как это было непросто! К счастью, повезло.
И начался новый день.
- Пошли, посмотрим на открытые участки зоны, - предложил Парфен.
- Да хоть на край света!
И мы пошли. К счастью, он снова не вспомнил о договоре, по которому наши дороги должны разойтись, и кроме того, ничем не дал понять, что ждёт результатов своего вчерашнего обещания. Многие мои бывшие парни после подобного разговора как пить дать при первом же удобном случае уселись бы напротив, расплылись бы в пошлой улыбке и сказали бы что-нибудь вроде: ну давай, убеди меня, что не зря получила второй шанс. Вероятно, именно поэтому у нас с ними ничего не вышло (маму в расчет не берем).
Но Парфен же, напоминаю, идеален.
