– Логичнее было всё обсудить!
– Когда тебя не слышат, а каждую фразу понимают превратно? – грустно вздыхаю. – Нет, Крис, ей надо было дать то, чего она желала, чтобы сделать выбор. Прийти к осознанию. Решить, какой путь ей больше по душе, дабы не пожалеть, что ступила на ошибочный и с него уже не свернуть.
– А в итоге ты недооценил противника, и она взбрыкнула, отказавшись играть по предложенным правилам, – смягчает взгляд, добавляя иронии в голос.
– Этого следовало ожидать, – улыбаюсь тихо. – Но в тот момент слегка удивился. Ни один расчет не выходит безукоризненным. Корректировки неизбежны… Порой, подарив крылья, наблюдаешь стремительное падение вниз…
– Ты противоречишь себе. Если о наказании не идёт речи… Тогда, как же низко, по-твоему, она должна была пасть, вымолив твоё снисхождение? Где рубеж?
– Он отсутствует, – встречаю недоуменный взгляд и практически сведенные вместе брови. – Я пытался дать ей старт для того, чтоб взлететь, и незримо был рядом, чтобы уберечь от падения. Было бы низко отобрать всё и ждать возвращения, не считаешь?– хмурясь, кивает в ответ. – Её приход от безысходности разве что потешил бы уязвленное самолюбие, – напряженно выдыхаю, вновь натыкаясь на стену недопонимания в глазах.
– Так какой исход тебя устроит?– осторожно спрашивает, словно присматриваясь, оценивая ситуацию. Улыбаюсь.
– Я сам многое переосмыслил за эти месяцы… Сложно признавать свои ошибки. Ещё труднее не повторять их вновь. Оставаясь верным своим принципам. Не поступаясь давлением на неё в желании добиться победы. Видел, как она менялась. Не изменяя себе. Но… Каждым шагом надламывая что-то у меня внутри. Удивлялся простым вещам, которые раньше, в вечной суете, не замечал… Где-то в глубине души искренне радовался её успехам, самостоятельным решениям, осознавая, что любое из них теперь лишь отдаляет её от меня. Делает независимой. Далёкой. А их хотелось хотя бы частично разделить на двоих. Ведь в жизни иногда важнее маленький шаг, в котором тебя поддержат, нежели большой рывок, недооцененный окружающими, близкими людьми. Странно, правда? Переосмысление порой приходит в тот момент, когда тебе надлежит быть только сторонним наблюдателем и не иметь возможности поистине оценить чужие заслуги, – тянусь к зажигалке, почти мгновенно остановленный хрупкой рукой.
– Здесь нельзя, – роняет тихо. Выдыхаю под взглядом будто смутившихся глаз. – Может, выйдем на воздух?– предлагает устало.
– Не думал, что скажу это… – усмехаюсь, скрестив руки вместе.
