Автор
В мире "Нового дня", где каждый рассчитывает на свою судьбу и счастье, Адюльтер — шокирующая история о взаимных стремлениях и предательстве. В ней нет прощения или восстановления; вместо этого есть только отчаянное стремление к самовыражению в условиях, когда отношения потеряли свою призрачную легкость....
– И что же – из-за того, что тема нерядовая, мы будем поощрять незаконную медицинскую практику?
А что мы поощряем, когда травим слезоточивым газом молодежь, протестующую против общества потребления? А когда расписываем достоинства новых автомобилей, способных мчать со скоростью 250 км/ч, не поощряем ли автокатастрофы? И не поощряем ли тягу к самоубийству и депрессию, когда публикуем статьи о людях, достигших успеха и процветания, забывая при этом сообщить, как именно им это удалось, и тем самым заставляем всех остальных чувствовать себя полными ничтожествами?
Шеф-редактор не желает вступать со мной в продолжительные дискуссии.
Пишу статейку на шестьсот слов – меня предупредили, что это максимальный объем, – всю состоящую из надерганных из интернета сведений. Потому что из разговора с шаманом, превратившегося в консультацию, мне не удалось использовать ничего.
* * *
Якоб!
Да, он воскрес и вот – только что прислал мне приглашение сходить в кафе: как будто в жизни мало других, куда более интересных занятий. Куда девался искушенный гурман и знаток вин? Где мужчина, владеющий сейчас самым сильным афродизиаком на свете – властью?
И, главное, где тот влюбленный в меня мальчик, которого я знала в те времена, когда все еще было возможно для нас обоих?
Он женился, он изменился и теперь присылает мне смску с приглашением в кафе.
Даже не подумаю отвечать ему. Я оскорблена и унижена его молчанием, длившимся несколько недель. Он думал, что стоит ему лишь свистнуть – и я, в восторге от такой чести, прибегу на зов?
Уже в постели я слушаю (через наушники) запись моего разговора с кубинцем.
– Тут мы вступаем на зыбкую почву, – ответил он.
