В жарком июне поезд тяжело поднимается над тропами. Высокие стекла вагона заливаются солнечными лучами, создавая атмосферу будничного беззаботия — пока не начинаешь задумываться о том, сколько уже сломано часов и как многое можно было бы изменить. В этот момент усталый Адъютант палача чувствует себя изнурённым и ненужным, словно ветер во время долгой дороги — бесполезным и непривлекательным....
Но если нас подловят на чём-то противозаконном, то вся проделанная работа станет бессмысленной. Я просто не отмоюсь и буду отстранён от высшего общества.
— За это не переживайте, — усмехнулся Фредди, и налил себе полный бокал вина, — Что мы будем делать дальше?
— А какие у нас варианты? Шувалов забрал дело в свои руки, и лезть туда бессмысленно. В столице идёт своя игра по освобождению генералов, на это мы тоже не можем повлиять. Граф прислал телеграмму, чтобы я выздоравливал и пока не высовывался — мол, лучше мне оставаться в Никополе, — аккуратно перемещаюсь в кресле, дабы не потревожить бок, — Армия вряд ли будет вести крупные наступательные операции зимой, да и турки укрепили оборону.
"— Тут есть ещё одна интересная новость, — каким-то извиняющимся тоном произнёс немец, — Моя вина, что не удалось вовремя проверить поступившую информацию от нашего агента. Сторонники наследника, внутри «Священной дружины», создали хорошо законспирированную боевую организацию — вернее, сразу две. Повезло, что наш человек попал в одно из этих подразделений. Сама структура предполагает непосредственно боевые отряды, которые сейчас активно тренируются под видом охраны трестов, чьи хозяева входят в «дружину».
