В жарком июне поезд тяжело поднимается над тропами. Высокие стекла вагона заливаются солнечными лучами, создавая атмосферу будничного беззаботия — пока не начинаешь задумываться о том, сколько уже сломано часов и как многое можно было бы изменить. В этот момент усталый Адъютант палача чувствует себя изнурённым и ненужным, словно ветер во время долгой дороги — бесполезным и непривлекательным....
Вот только голова и сломанная нога болят просто чудовищно, но я принципиально не гашу боль при помощи опиатов. Зато попросил привезти мне костыли нового образца, коими я сам и снабдил русскую армию. Думаю, что через пару дней надо начать ходить, иначе мышцы совершенно атрофируются.
С Пироговым удалось душевно пообщаться. Вернее, больше говорил доктор, описывая текущие дела во вверенном хозяйстве. Надо сказать, что Никола Иванович, возглавивший всю систему госпиталей задунайской армии, оказался на своём месте. Исходя из ресурсов, которые ему подкинул я и неравнодушные коммерсанты, служба по спасению и реабилитации русских воинов намного опередила своё время.
Монотонный рассказ хирурга сработал лучше любого снотворного, и я не заметил, как уснул. Следующие два дня были посвящены попыткам начать ходить, но сразу мне этого не удалось. Пришлось вспоминать некоторые моменты, как реабилитировались люди после серьёзных ранений и долгого лежания. Вот и я занимался специальными палками, поднимал здоровой ногой привязанный камень, стараясь не потревожить раненый бок и плечо.
* * *Фредди появился неожиданно, на пятнадцатый день после неудавшегося покушения.
"Но сегодня у меня точно хватит сил выслушать доклад, так как Фредди, похоже, довёл расследование до конца.
— Как мы и предполагали, заказчиком нападения является Ник Ник. Доказать сей факт напрямую невозможно, но через цепочку посредников я вышел на казачьего есаула Пронина.
