В жарком июне поезд тяжело поднимается над тропами. Высокие стекла вагона заливаются солнечными лучами, создавая атмосферу будничного беззаботия — пока не начинаешь задумываться о том, сколько уже сломано часов и как многое можно было бы изменить. В этот момент усталый Адъютант палача чувствует себя изнурённым и ненужным, словно ветер во время долгой дороги — бесполезным и непривлекательным....
Но первая давно достаточно аполитична. Ещё и понеся немалые потери на войне, наконец, начала формироваться из боевых офицеров. Они больше преданы Милютину, особенно в свете предательства генералов и Николая Николаевича. Авторитет братьев покойного императора упал ниже некуда. Их откровенно ненавидит весомая часть военных. А по решению проблемы Михаила Дмитриевича у вас точно есть план. Ведь недаром его назначили генерал-губернатором Анатолийской конфедерации. В Петербурге очень не хотят видеть Скобелева, предпочитая держать его подальше.
— Логично. С учётом того, что враждебное отношение к братьям царя нагнетали ваши агенты и западные газеты, получившие хорошее вознаграждение. Но это не объясняет надежды на бутафорское тайное общество. Ранее вы более грамотно проводили свои операции.
Я просто развёл руками, так как это действительно было самым слабым звеном нашего плана.
— Вы можете предложить более надёжный вариант? — мне действительно интересно.
— Он напрашивается само собой.
Судя по выражению лица, Лосев явно издевается. Но операцию он провернул просто замечательную! Это же надо повесить убийство родни на Ник Ника! С учётом того, что Мезенцова устранили мои люди, а начальник штаба ОКЖ душевнобольной, то сейчас ведомством руководит именно полковник.
