Пушка выглядела необычно. Тонкий длинный ствол вызывал опасения, что ядра долетят до стен. Люди возле пушки что-то обсуждали, и, похоже, один из них был старшим и давал пояснения. Наконец возня у пушки прекратилась ствол пушки зашевелился.
— Ствол пушки поднялся и повернулся, — воскликнул дежурный офицер.
Это было удивительно, для прицеливания изменяют положение всего лафета, но тут повернулся только один ствол. Пушка выстрелила, и фонтанчик земли и снега поднялся рядом с угловой башней, следующий выстрел выбил из стены искры.
— Мощная пушка, — вынужден был согласиться генерал, — но с одной пушкой они крепость не возьмут.
Новый выстрел потряс генерала до глубины души.
У основания башни раздался мощный взрыв, как будто взорвались все запасы пороха. Генерал качнулся вместе со стеной, но ясно увидел, как покачнулась башня. От второго взрыва башня разлетелась на обломки. Третий взрыв разнес дом шорника на кирпичики.
Восклицание дежурного офицера вывело генерала аш-Джумблада из оцепенения:
— Господин генерал, надо уходить со стены, сейчас они разнесут среднюю башню.
Офицер нервно топтался у двери выхода с башни на стену.
— Мы в безвыходной ситуации, — сказал генерал, — идти в атаку — верная смерть, прятаться в крепости — то же самое.
— Спустить флаг, — скомандовал генерал и посмотрел на флагшток.
Но флага он не увидел, его солдаты приняли решение раньше своего командира, арабы, египтяне, греки, румыны, болгары и прочие народы не собирались умирать за турецкого султана.
Бывший комендант крепости Азов снова посмотрел на пушку, которая с издевательской легкостью в два выстрела разрушила угловую башню.
— Всем офицерам собраться в штабе, — скомандовал генерал, — приготовиться к церемонии сдачи крепости.
Дежурный офицер побежал выполнять приказ, а генерал аш-Джумблад в смятении пошел в свой дом. Его крепость, в которой он прослужил одиннадцать лет, которой он отдал столько сил и энергии, взята тысячей дезертиров с одной пушкой. Как он гордился назначением на передовой рубеж империи! Он клялся в Стамбуле, что флаг султана всегда будет развеваться над Азовом. Генерал никогда не мечтал о переводе поближе к Стамбулу или в другое цивилизованное место. Он прекрасно осознавал, что в таких местах служат люди с другим складом характера, умеющие прогнуться перед начальством. Обирая своих подчиненных без зазрения совести, такие командиры продвигают по служебной лестнице только своих фаворитов.
Генерал аш-Джумблад был офицером долга, отдавая свои силы во славу султана и империи. Офицеры стояли толпой у входа в штаб, солдаты неторопливо строились в каре. Несколько офицеров-дезертиров въехали на площадь и начали умело руководить построением гарнизона.