После Третьей мировой войны человечество выживает на двух дирижаблях, бесконечно кружащих над отравленной планетой в поисках пригодного для жизни места. Когда экипажи решаются спуститься в ядовитую пустошь, они открывают для себя опасные тайны нового мира и борются за право называть его...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Адские ныряльщики» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После Третьей мировой войны человечество выживает на двух дирижаблях, бесконечно кружащих над отравленной планетой в поисках пригодного для жизни места. Когда экипажи решаются спуститься в ядовитую пустошь, они открывают для себя опасные тайны нового мира и борются за право называть его...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После Третьей мировой войны человечество выживает на двух дирижаблях, бесконечно кружащих над отравленной планетой в поисках пригодного для жизни места. Когда экипажи решаются спуститься в ядовитую пустошь, они открывают для себя опасные тайны нового мира и борются за право называть его...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В дайве ему больше всего нравилась возможность на несколько часов выскользнуть из клетки, а эти создания покидали заточение лишь за секунду до того, как попадали в кастрюлю.
– Всего две сотни кредитов! – выкрикивал ребенок, приставив руки ко рту.
Услышав цену, Икс поднял бровь и направился к следующему прилавку. По сравнению с картошкой и лимонами, которые агротехники выращивали уровнем выше, здешние овощи и фрукты выглядели маленькими и сморщенными. Их выращивали в двух жилых отсеках на нижних палубах, где постоянно не хватало света и воды.
С каждым годом даже эта скромная роскошь становилась все более недоступной. Скоро испустит дух последняя крольчиха, а лампы в теплицах мигнут и погаснут. Цены росли, товары исчезали, люди все больше впадали в отчаяние. Станет больше бунтов, больше кровопролития. Он не раз слышал, как в коридорах вполголоса обменивались слухами о мятеже. Икс не обращал на них внимания, ему хватало собственных забот. И если пассажиры решат разорвать его на части, он не сможет им помешать.
Кто-то закашлялся, покупатели и зеваки тут же в страхе расступились. На борту корабля свирепствовал не только рак. Не менее убийственным был грипп. Икса толкали люди, поспешно надевавшие белые маски.
Он невозмутимо пробивался сквозь толпу к своему любимому торговцу. Вот показалась вывеска с надписью «Дракон». Лампочка за буквой «Н» погасла, хотя когда Икс был здесь в прошлый раз, она еще горела. Засмотревшись на вывеску, он налетел на какого-то пассажира.
– Осторожно! – прорычал тот.
Икс обернулся и увидел, что на него в упор смотрит Тай.
– Черт! Извини, Тай.
Изо рта у техника торчал батончик, он молниеносно передвинул его слева направо.
– Да без проблем.
Икс отступил на шаг, пропуская какого-то покупателя, и снова подошел к Таю, но так и не придумал, что сказать.
Техник сам нарушил неловкое молчание, вытащил изо рта батончик и произнес:
– На похоронах у меня не было возможности тебе это сказать, но мне искренне жаль, что так получилось. Чертово невезение! Это же надо было отправить вас вниз прямо в электрическую бурю. Ты в порядке?
Икс молча кивнул. Таю, как и всем остальным, хотелось знать, что случилось внизу, что он, Икс, там увидел.
– А как пацан?
– После того, как узнал о смерти отца, не проронил ни слова. По его глазам вижу, что он винит меня.
– Печально слышать, – ответил Тай. – Мой сынишка, когда от рака умерла его тетя, не разговаривал две недели. Но потом пришел в себя.
Техник продолжал говорить, но Икс почти не слушал его. У него не было никакой уверенности, что Тин придет в себя. Из его глаз исчез блеск, взгляд стал недружелюбным и холодным. В мальчишке появился надлом, как и в любом другом обитателе корабля, да и вообще во всем на борту этого жалкого подобия дома.
