Автор
В Адском Пекаре, где жарятся не просто простые печенья, а целые мечты и сердца, главный герой вынужден бороться за свою жизнь. С каждым днем он становится все больше связанным с этим загадочным процессом, открывая секреты, которых нет ни у кого другого в тюрьме. Здесь каждый день — это страшная игра жизни и смерти, где только вера может спасти тебя....
Вокруг сновали люди, которые азартно орали и аплодировали. В центре стояло два бойца, сражающихся вполсилы. Видимо, настоящее веселье ещё было впереди.
Наверху располагалась комната с панорамными окнами. Сквозь неё можно было рассмотреть мужчину в дорогом костюме, который стоял и потирал свои пальцы, украшенные золотыми перстнями. Он был окружен грозными охранниками, явно обладающими силами героев. А вот и нужный мне человек. Именно этот мужчина стоял за похищением бабки. Со стороны той комнаты доносился особенно приятный запах грешника.
Цокнул языком. Что ж. Поговорим с ним с глазу на глаз.
Я уверенно пошёл в сторону нужной комнаты. У лестницы стояли такие же амбалы, но они расступились, увидев мой взгляд с лёгкой печатью страха. Не стойте на моём пути, смертные. Я сегодня очень зол. И могу сделать что угодно.
Шагнул на лестницу, чувствуя, как начинаю жаждать крови. Взгляд организатора через стекло встретился с моим, и в этот момент мужик замер, будто почувствовав что-то.
"С ноги я открыл дверь, выбивая замок. Она повисла на одной петле. Когда мы с Максимом оказались внутри, охранники с напряжёнными лицами шагнули вперёд, однако, заметив выражение моих глаз и почувствовав волну ужаса, быстро отступили назад, волоча за собой мёртвую тишину.
Организатор метнул на подчинённых удивленный взгляд, но быстро совладал с собой. На его лице появилась хитрая улыбка.
— Так-так-так, и кто это ко мне пожаловал? — проговорил мужчина насмешливым тоном.
— Мы пришли за Элеонорой, — сказал я металлическим голосом. Максим сзади выпустил немного силы. — Где она?
— А вы не оборзели? С чего взяли, что она здесь? — усмехнулся организатор, совсем не испугавшись силы Максима. Улыбка мужчины стала ещё шире, его глаза сверкали жадностью и злобой. — Даже если Элеонора и тут, то она — моя собственность. Ты хоть знаешь, что эта бабка должна нам?
Я молчал, думая, убить его или нет? И заодно сжечь всё к чёртовой матери.
— Молчишь? Ах, она говорила, что за ней придёт пекарь и всем нам не поздоровится. И что ты сделаешь? — хмыкнул организатор. — Так слушай же, что эта карга натворила…
— Не интересует, — прервал я начавшийся монолог. Я видел прошлое Элеоноры ещё в первую нашу встречу и знаю достаточно, а выслушивать будущий труп не хотелось. — Да и я знаю куда больше, чем ты. Отдай мне Элеонору и забудем, что мы здесь были. Останешься цел и невредим.
— Я передам всё своему отцу.
