В убийстве тридцати шести человек замешан адвокат-криминалист. Переписка с бывшим любовником открывает страшную правду, но кто будет свидетелем этой жуткой тайны? Адвокат киллера несётся по следу, его лицо перекосилось от ужаса.
– Лео гладит мою щеку и усмехается. – Ты ведь останешься?
– Я даже сделаю тебе чай, – хихикаю я.
– Вот она… награда за старания, – продолжает он смеяться. – Сама Эмилия сделает мне чай. А как насчет душа?
– Вместе?
– Угу… Я бы повторил одну сцену. Но с корректировками.
– Звучит заманчиво, – улыбаюсь. – Чуть позже точно повторим.
– Позже? – он изображает печаль.
Я смеюсь и оглядываюсь в поисках вещей. Лео подает мне свой халат, правда, еще минут пять я пытаюсь его отобрать. Шакал решает поиграть со мной в обиженного мальчика.
Иду на кухню, однако останавливаюсь у полки с фотографией. На ней Лео и Глеб. Я прикусываю щеку и беру в гостиной сумку. На кухне ставлю чайник. Упираюсь ладонями в столешницу.
Нет, нельзя… Не могу так поступить. Но если я права? Можно ведь не говорить Лео. Просто выдам следствию все, что накопаю на убийцу. Никто не узнает, как именно эта информация до меня добралась. Почему нет? Глеб точно должен был оставить какие-то улики в доме у моря.
Уверена!
Сглотнув, завариваю очень крепкий черный чай и достаю из сумки коробочку. Кидаю в чашку таблетку. Лео не должен почувствовать вкус… Надеюсь. Бабушка говорила, что совсем не чувствует привкуса этого снотворного.
Несу чай в спальню.
– А себе? – спрашивает Шакал.
– Я воды попила. Боюсь, не засну, если выпью что-то другое.
Лео хитро улыбается, отпивает чай. Тянет меня за локоть к себе.
– Не волнуйся, со мной не уснешь. Разве что от бессилия.
– Слушай… Прости, что не в тему, – рассеянно говорю я и ложусь на подушку.
Шакал вдруг давится чаем. Моя душа делает тройное сальто.
– Да уж, – прыскает он и ложится рядом. – Тема что надо после секса. Ладно, спрашивай. Только иди ко мне.
И я начинаю вгонять его в сон. Чай Лео допил. Под одеялом тепло. Я, к счастью, в плотном махровом халате, и щупать меня ему сложнее. Так что Лео быстро засыпает.
Я целую его и спешу одеваться. Надеюсь, такси приедет быстро. Не знаю, простит ли меня Лео, но Глеб ответит за то, что совершил…
Тихо пробираюсь на кухню. Каждый шаг туже и звонче предыдущего. Лео не должен проснуться, но мне дурно от одной мысли об этом. Беру сумку. Кухня пронзительно белая, как и весь дом, и мне начинает казаться, что я брожу в тумане цвета жирных сливок. В мире, потерявшем краски. Страх колет сердце. Словно в любой момент некто нападет.
