Бог не дал им встретиться еще раз и поговорить по душам… А ведь, кто знает, если бы случилась эта встреча двух почувствовавших доверие друг к другу мужчин – может быть, и история их сложилась бы по-другому. Но не родился еще на свет человек, который заставил бы вязальщицу кружев судьбы работать строго по вычерченному им узору…
После прогулки старик успел немного поспать, а ближе к вечеру его дернули еще раз на допрос к следователю. Барон подумал, что не Илья Борисович Задульский его дергает, а Колбасов…
«Ничего, дешевка, – усмехнулся про себя Юрий Александрович, выходя в допросный коридор. – Сейчас мы с тобой поговорим…»
Старик вспомнил, как несколько лет назад, когда только-только началось формирование ОРБ в Питере, – как запаниковали тогда бандиты и рэкетиры! Какие ужасные страшилки рассказывали они друг другу об этой новой и потому еще очень маленькой милицейской структуре… Смешно, но, когда ОРБ было маленькое, бандюки его боялись до судорог, а теперь оно вон какое большое стало, чуть ли не весь третий этаж в Большом доме заняло, а никто уже особо и не пугается. Ну ОРБ и ОРБ… Чего там, менты везде одинаковые, всегда и везде найдутся такие, с которыми вопросы порешать можно… Старик за свою долгую и весьма беспокойную жизнь перевидал много мусоров – умных и тупых, жестоких и добрых. Для вора большинство из них были просто пустым местом, за исключением одной только категории – правильных ментов. Те всегда выделялись, они в своей собственной среде стояли как-то наособицу. Не сказать что у них манеры, воспитание и образование были намного лучше, чем у остальных, нет, отличало их другое – уважительное отношение к себе самим и своему труду, профессионализм и как следствие его – независимость во взглядах и поступках… Правильные менты очень редко опускались до рукоприкладства и всегда держали свое слово, даже если давали его преступнику. Они знали себе цену и никогда не опускались до уровня ширинок своих начальников и за водкой для них не бегали… Вот только почему-то до больших званий, как правило, не дослуживались, и висюлек ментовских на мундирах у них было немного. Зато было много морщин, тоски в глазах и ранних болячек…
«Странное дело, – думал Барон, подходя к кабинету для допросов. – Что за государство у нас такое дебильное? Больше всего ведь обижает именно тех, кто честно и преданно ему служит… Не страна, а мама сумасшедшая: чем лучше дитя, тем больше его бьет…»
– Входи! – втолкнул его в кабинет контролер.
Юрий Александрович расцепил руки за спиной и огляделся.