— А что платил старый часовщик за свою комнатку в месяц, не знаете?
— Платил дэньги, как все. Спросите собствэнницу, я Вам дам её номэр. Только не обращайтесь к риелторам, они с Вас втрое сдерут.
— Учту, — я задумчиво смотрел на работу двух мастеров и вспомнил про башкир, который когда-то помогли мне арендовать это помещение. Вообще-то они не по мордобою, а ремонтники-отделочники. Как там их звали?
Для начала я вошёл в офис и застал там Чена.
— Чен-брат, могу я тебя одним вопросом озадачить? Не по прииску.
— Ты меня так называешь только, когда тебе что-то надо, — он передвинул мне на подпись кипу документов, и я принялся их подписывать.
— Да, кое-что надо. Надо сделать комплект регистрационных документов.
— А что за фирму создаём? Это согласовано с Танлу-Же?
— Ладно, что за фирма, название, род деятельности, адрес?
— Под адрес оставь пустое пространство, есть у меня одна идея. А так — детективное агентство, называется Tyler’s information search.
— Что-то забыл перевод. Придумаю сейчас.
Трубку достаточно оперативно взяли после всего двух гудков.
— Здравствуйте, а мне нужна Галина Степановна, — я держал щедро выданную мне дядей Яшей бумажку с номером телефона и именем-отчеством собственницы.
— Это я. С чем имею честь и чем могу помочь?
В её голосе были спокойные и уверенные в себе тона немолодой и повидавшей жизнь женщины, которая знала себе цену. Ещё бы, она была владелицей помещений, не только конторки часовщика, ныне закрытой, а вообще значительной части помещений в том доме на Каспийском проспекте, где был мой офис, а также и иных нежилых помещений под офисы, магазины, мастерские и склады по городу. Это называется умным французским словечком «рантье», то есть человек живущий (и неплохо живущий) за счет аренды.
— Позвольте представится, меня зовут Аркадий, — почему-то после общения с Канцлером мне захотелось ляпнуть «герр Аркадий», но я вовремя сдержался. — Я адвокат, арендую помещение под офис в смешанном доме в центре, на Каспийском.
— А фамилия у Вас? — уточнила она.
— Филинов, барон Филинов.
— Ну, моё почтение, Ваше благородие, — тон не изменился, ей было явно всё равно крестьянин я или, допустим, князь. — Только я не припомню у себя таких арендаторов.
— Я у Базарова снимаю.
— У этого старого алкоголика? Ну-ну. Зачем тогда позвонили, опечалить взрослую женщину?
— Нет, напротив, как Вы могли подумать! Напротив, надеюсь порадовать.