У Вас тут освободилась небольшая конторка, квадратов на десять, часовщик Абдулнасир собрался уехать на Кавказ и поэтому закрылся?
— Помню, я всё держу в голове. Хотите переехать туда? Это только приветствуется.
Когда общаешься с соотечественниками, никогда не знаешь, сколько в них сарказма, то есть, в каком момент они тебя, образно говоря «стебут», а когда говорят серьёзно?
Дело в том, что я звонил по мобилету и стоял прямо перед запертой дверью, над которой всё ещё была вывеска «Ремонт часов». Справа от двери было узкое невымытое окно. И площадь помещения я примерно определил, исходя из того, что видел своими глазами через пыльное стекло. Там был прямоугольник комнаты примерно два метра на пять. Ну, может быть, шесть. То есть, как ни крути, помещение крайне маленькое. Ну и само собой, мой офис бы туда не поместился при всём желании.
Учитывая, что она собственник помещения, она его габариты представляет и либо искренне надеется, что я туда способен «компактно влезть», либо тонко троллит собеседника, то есть, меня.
— Нет, меня моё пока вполне расположение устраивает, да мои и клиенты к нему привыкли, — вздохнул я. — Спрашиваю, как раз для одного из их.
— Нет, информационный аналитик.
— Ааа… Бизнесу — это хорошо, у меня там этого много. В общем, Аркадий, я готова сдать помещение за шестьдесят пять в месяц с обеспечительным платежом такого же размера.
— Да, но Вы сдавали прежнему арендатору за сорок рублей в месяц.
— Ну да, ведь я же старого аксакала очень уважала. К тому же, время идёт, инфляция растёт, мир дорожает. Знаете, сколько у меня предложений по этому шикарному, удобно расположенному в центре Кустового, помещению?
— Вот это как раз знаю, — я осторожно потрогал ручку двери, та была пыльной.
Часовщик съехал уже больше месяца назад. За суетой и пальбой своих будней, я этого не замечал, да мне и ни к чему ремонт часов проводить. Но, по словам дяди Яши, а не верить ему у меня не было причин, именно так. С тех пор не то, чтобы помещение никто не посещал, его даже никто не пробовал открыть.
— Ни одного, — продолжил я после паузы. — Предлагаю Вам сорок пять в месяц, без обеспечительного платежа, оплата сразу за три месяца вперёд.
— Этого мало. Повышайте сумму в Вашем предложении, иначе торга не будет.
— Торга не будет, это точно, — тяжело вздохнув, покорно согласился с ней. — Ибо я не торгуюсь. Вот эта цена и вот эти условия.
