Пусть это и прозвучит дико, пусть подобные слова не должны озвучивать люди, которые служат закону, но я всё равно скажу... Если бы тогда...
когда я была замужем за мерзавцем Антиповым, узнала твою историю, я бы никогда не разочаровалась во всех мужчинах. Никогда... Потому что верила бы, что есть один человек, способный на всё ради любимых, который имеет право называться мужчиной. А, значит, не всё потеряно.
Я поднял голову, впился в неё пронзительным взглядом.
— Ты всё правильно сделал, Андрей. Ты защитил маму так, как мог в свои юные годы. И если она не смогла разглядеть в этом любовь, страх за неё, преданность - это уж точно не твоя вина.
‘Она обняла меня крепко-крепко, я вжался в хрупкое тело этой сильной женщины. И как гром среди ясного неба меня пронзило озарение.
Я всегда искал такую...
Такую, что смотрит со мной в одном направлении. Видит то, что вижу я.
Её душа изранена. Моя - изранена по-своему, но не меньше. Нас не просто тянуло друг к другу, мы подсознательно чувствовали, что способны залатать раны друг друга.
Как удивительно устроена судьба. В давних врагах, соперниках скрывались люди, способные понять друг друга так, как никто.
Я смотрел на неё не моргая. В этот день я вообще много на неё смотрел. Всё время.
— Ты чего? - ласково улыбнувшись, спросила она и провела тёплыми пальчиками по моей щеке.
— Я представляю, Оль.
— Представляешь? Что?
Она склонила голову на бок, а я всё продолжал ею любоваться.
— Тебя представляю. Лет через десять... двадцать.. тридцать.. Рядом с собой представляю.
Её щёки порозовели. Она смущённо опустила глаза.
Мне очень нравится то, что я себе представил.
Осторожно коснулся её подбородка, притянул к своим губам и поцеловал: нежно, чувственно, благодарно.
И сквозь этот поцелуй почувствовал, как она улыбнулась.
Я попытался уговорить Ольгу поехать с нами к родне, но попытки оказались тщетны.
Она наотрез отказалась ехать. «Всему своё время», - таков был её ответ. Он меня огорчил и обнадёжил одновременно.
Сам факт, что есть женщина, которой я готов показать свою семью, живущую не в Московском пентхаусе, а в скромной квартирке в Твери, уже заставлял задуматься, насколько серьёзно я отношусь к Оле и к нашему с ней будущему. Да, это свершилось, я перестал жить сегодняшним днём, довольствуясь красоткой в моей постели. Я теперь много думаю о будущем. Даже слишком.
Торможу себя, вовремя напоминая, что всему своё время.
Не надо гнаться на всех парах, есть риск отпугнуть её и потерять.
