Это происходило в те редкие моменты, когда он возвращался из своих экспедиций. К тому же наша мать постоянно молодится и скрывает от приятельниц свой истинный возраст. А наличие взрослых детей, да еще и внука, может разоблачить ее вранье. Ну а Марьяна просто не выносит Настю и меня. Они с твоей мамой близнецы, но кроме внешности у них нет ничего общего. Анастасия добрая, умная, смелая. А Марьяна… Нет, она не злая, но во всем старается найти выгоду для себя. Она жадная, трусоватая, ехидная. Все ее заботы — посетить как можно больше тусовок по всей галактике и подыскать себе богатого мужа. Наверное, и в это дело влезла, чтобы подзаработать.
— Ну да, — с расстроенным видом согласился Афанасий. — В ее сумке полно финансовых карточек. Значит, дедушка и бабушка в разводе и оба не хотят меня видеть?
— Когда-нибудь это изменится, вот увидишь, — попытался его утешить Кеша, — пойми, они не плохие… Просто плохо воспринимают перемены. Это касается бабушки. А деда, моего папашу, я и сам уже лет семь не видел. Говорят, он осел где-то на Альдебаране. Может, он и не знает о тебе. Это в его натуре. Он никогда не звонит и не пишет, но в любой момент может обрушиться словно снег на голову.
— Все-таки странная у нас семья, — произнес Афанасий.
— И не говори, — невесело усмехнулся Кеша.
Афанасий дожевал последнюю булочку и запил ее чаем.
— А вещи Марьяны?! — вдруг встрепенулся он. — Они еще здесь?!
— Понятия не имею, — пожал плечами Кеша. — У нее было много вещей?
— Только большая сумка, — вспомнил Афанасий. — Хотя… наверное, она взяла ее с собой.
Он тут же сбегал в спальню мамы.
Его опасения не подтвердились. Сумка лежала на прежнем месте, на журнальном столике. Афанасий с радостным кличем схватил ее и принес на кухню.
— Погоди, — напрягся Кеша. Они с Афанасием заглянули в сумку. Паспорт и косметика на месте. Кошелек из красной кожи тоже никуда не делся. — Знаешь, что это значит? Что она еще вернется за своим добром. У нее есть ключи от квартиры?
Афанасий раскрыл паспорт.
— Это документы мамы, — сказал он, — наверное, они отдали их Марьяне, чтобы ни у кого не возникло подозрений на ее счет. Так что она может и не вернуться. Если только не захочет бросить свои кремы и пудры.
— Не забывай про кошелек, — усмехнулся Кеша. — Марьяна ни за что не оставит кому-либо такую пачку карточек.
Словно в подтверждение его слов в дверь вдруг позвонили. Кеша вздрогнул.
— Это она! — воскликнул Афанасий и побежал открывать.
— Стой! — крикнул Кеша, вскакивая со стула.
