В Афганистане, где жара переполняет дух, экипаж вертолёта действует на пределе своих сил и рассудка. Сердце бешено колотится, а холодок пробегает по рукам — даже при такой необычайной жаре. Тяжёлая работа взрывника сближает его к самому краю человеческого умения сохранять спокойствие и контролировать свои эмоции. Капля пота, попавшая в рот, охладила голову, и тут же привкус соли подействовал как мгновенный импульс вдохновения и страсти....
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Левой рукой «поддерживаю» это поступательное движение взятием рычага шаг-газ. Движения плавные, несмотря на всё напряжение и злость к предателям.
С каждым мгновением кажется, что Евич на своём Ми-24 ускользает от нас. Но не дать ему уйти, теперь является делом чести."
"— Аппаратура в работе. Навожусь, — доложил Петруха, пока я выходил под нужный ракурс.
Стрелка на указателе скорости прошла отметку в 260 км/ч. Медленно, но мы сближались с Евичем. Ещё немного и он начнёт маневрировать.
Только я об этом подумал, как Ми-24, начал уходить влево.
— Не могу. Выходит из сектора, — кряхтел Петруха, продолжающий наводится на Евича.
— Сейчас накроем, — сказал я, отвернув влево.
Снижаюсь к самой земле. Фюзеляж уже практически «едет» по золотистой поверхности. Воздушный поток от винтов поднимает песок и верблюжью колючку. От напряжения тело потеет со страшной силой.
По нервам бьёт не только сигнал опасной высоты, но и скатывающаяся капля пота по правому виску.
— Командир, вижу его слева. Надо разворачиваться, — подсказал Петруха.
Бросаю взгляд влево и вижу, как Евич продолжает следовать вглубь пакистанской территории. Впереди ещё одна горная гряда. Если он доберётся туда, то сможет скрыться.
А там и передаст вертолёт противнику. И даже нет смысла гадать какому. Нас же с Петрухой ожидает разбирательство.
— Сейчас, — сказал я по внутренней связи. — Внимание! Манёвр!
Ручку отклонил влево, облетая небольшой каменистый холм. Крен заложил такой, что практически лёг на правую часть остекления блистера.
Вышел напрямую. Правый борт вертолёта Евича прямо по курсу.
— Цель в зоне! Дальность 5, — доложил Петруха.
Уловка сработала. Использовали складки местности, чтобы скрыться из виду. Теперь быстро навестись и пустить ракету. Да и самому не попасть под обстрел.
— По готовности пуск.
Звук готовности ракеты оглушает. Сейчас у Петрухи на экране прибора должна загореться команда на разрешение пуска, и он нажмёт нужную кнопку.
— В зоне! В зоне держу. Готов! Пуск.
Ракета сорвалась с направляющей. Два витка и вот она уже почти достигла цели. В последний момент Евич заметил приближающуюся ракету, но было уже поздно.
— Попал! Есть… — закричал Петруха, но более я ничего уже не слышал.
Время будто остановилось. Краем глаза я увидел среди каменистых валунов фигуру в тёмном одеянии. В то же самое мгновение она исчезла в облаке белого дыма.
