В Афганистане, где жара переполняет дух, экипаж вертолёта действует на пределе своих сил и рассудка. Сердце бешено колотится, а холодок пробегает по рукам — даже при такой необычайной жаре. Тяжёлая работа взрывника сближает его к самому краю человеческого умения сохранять спокойствие и контролировать свои эмоции. Капля пота, попавшая в рот, охладила голову, и тут же привкус соли подействовал как мгновенный импульс вдохновения и страсти....
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так, может, немного обороты сбавить? И люди к вам потянутся, — добавил я.
Баев вскочил на ноги и подлетел ко мне. Не знаю, рассчитывал ли он, что я начну отходить назад или прикрываться, но по лицу командира эскадрильи было видно, что он в гневе."
"— Мне плевать, кто ко мне тянется или не тянется. Из-за вас меня сняли с должности и поставили руководить вами же. Думаешь, я буду испытывать к 363й эскадрилье братские чувства? Ошибаешься. Так что свободны, товарищ лейтенант! — повысил он голос.
Посмотрел я в бесстыжие глаза этого человека и более иллюзий у меня не осталось.
В дверь бочки постучались. Это пришёл посыльный со штаба дивизии. Кузьму Ивановича вызывали на совещание.
— Наконец-то! Надеюсь, это по моему вопросу. До вечера, Клюковкин, — сказал Баев, в быстром темпе приводя себя в порядок.
Более задерживаться в «бочке» мне не хотелось.
Вечером, по устоявшейся нелюбимой всеми традиции, личный состав собрался в кабинете предполётных указаний.
— Саныч, ну давай забьём, как мы умеем. Ну его с его указаниями и приказами, — сказал мне Юрис, сидевший рядом.
— Приказы нужно выполнять, а не саботировать. К тому же Кеша так и не выучил всех «ёжиков», верно? — повернулся я к Петрову.
Иннокентий повторял схемы сил, читая «монументальный трактат» по аэродинамике и динамике полёта вертолёта под редакцией Ромасевича и Самойлова.
— Сань, ну может без них? Никак не залазит в голову.
— Кеша, в полёте у тебя голова работает быстрее калькулятора. Представь себя в кабине, и всё пойдёт быстрее.
— Я наверное завтра пойду в кабину учить. Может и правда лучше отложится, — вздохнул Петров.
В кабинет вошёл Баев. На удивление, он не сделал паузу, когда все поднялись с мест, чтобы оглядеть присутствующих. Дал команду садиться сразу.
— Все на месте? — спросил Кузьма Иванович, чей внешний вид был несколько взволнованным.
— Все, — ответил ему Сергей Владимирович Кислицын.
— К полётам все готовы? — уточнил Баев.
— Так точно, — снова взял слово замполит.
Баев выдохнул и вышел на середину класса. Что-то хочет сказать очень важное.
— Завтра прилетает командующий ВВС. Ожидается крупная операция. Так что все свободны. Отдыхайте!
Похоже, что Баеву таки придётся идти с нами на контакт.
