Во время афганской войны экипаж советского вертолёта срывает дерзкий план врага по угону машины. Теперь героям предстоит испытание пустыней и горами: без воды, сил и надежды на спасение. Враги преследуют по пятам, а природа становится столь же беспощадной противницей.
Похоже, «Афганский рубеж 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Спички вставляй в глаза, если не можешь терпеть, — спокойно посоветовал я, включая хвостовой огонь, чтобы Винокурня мог за мной держаться в полёте.
В эфире уже был слышен позывной «почтовика». Он как раз сейчас должен подлетать к Шахджою. Время на часах уже 22:28. До расчётного времени две минуты, но пока не будет команды, никто не взлетит.
— Вроде команду дали с КП, а до сих пор не решаются выпускать, — ворчал Кеша.
— Выпустят. Слишком долго ждали.
До расчётного времени остаётся меньше минуты. Левая рука уже в готовности начать поднимать рычаг шаг-газ. Есть небольшое напряжение от предстоящего вылета.
— Саныч, если не выйдет, будем ещё что-нибудь придумывать, — вышел по внутренней связи Липкин, который сидел в грузовой кабине.
— Думаю, не придётся, — уверенно сказал я."
"Стрелки часов показали 22:30. И тут же поступила команда от руководителя полётами.
— 102-й, разрешил взлёт, — услышал я спокойный голос Кораблёва.
— Понял. 125-й, внимание! Взлетаем, — дал я команду Севе Винокура.
Вертолёт слегка завибрировал. Рычаг шаг-газ продолжаю медленно поднимать, отклоняя правую педаль. Секунда и Ми-24 оторвался от площадки.
Спокойно завис в ожидании доклада от Севы. Смотрю влево, а он решил немного покрутиться на месте.
— Контрольное норма, 102-й, — доложил Винокура.
— Понял. Внимание, паашли! — скомандовал я и отклонил ручку управления от себя.
Ми-24 наклонил нос. Скорость начала расти. В свете луны можно было хорошо видеть поверхность грунтовой полосы. Небольшая тряска в момент переходного режима несущего винта прошла.
— Пошли вправо, — сказал я в эфир Севе, отклоняя ручку управления, как только скорость достигла отметки в 110 км/ч.
— Понял.
Быстро пересекли трассу, ведущую на Газни. Горы в свете луны кажутся непроходимой стеной. Воздушный поток от винтов поднимал в небо пыль, скрывая звёзды.
Чем дальше мы удаляемся от базы, тем больше начинает давить эта безмолвная темнота. Вибрация слегка ощущалась на ручке управления. Тело вроде и расслабленно, но напряжение начинает нарастать.
— Обходим справа, — дал я команду Всеволоду, когда по курсу возник склон хребта Сургар.
— Понял, — ответил Винокура.
В зеркале заднего вида был заметен только силуэт моего ведомого, который хорошо держался за мной. Прошли горный хребет и начали очередной манёвр ухода от столкновения.
— Петрович, давай над речкой пойдём, — предложил я.
— Согласен. Там дорога идёт вдоль ущелья. Может кого зацепим, — ответил по внутренней связи Липкин.
