Во время афганской войны экипаж советского вертолёта срывает дерзкий план врага по угону машины. Теперь героям предстоит испытание пустыней и горами: без воды, сил и надежды на спасение. Враги преследуют по пятам, а природа становится столь же беспощадной противницей.
Похоже, «Афганский рубеж 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот выпивка, а в коробке закуска.
— Ильич, ты медаль заслужил, а не выторговал. Запомни это. А если кто-то скажет что это не так, можешь смело плюнуть тому в лицо, — похлопал я по плечу тыловика.
Яков приободрился, взял коробку и пошёл в сторону столовой.
— Сан Саныч, а что с остальным делать?
— С чем именно.
— Ну, я 50 коробок притащил сегодня с Кандагара.
Поражаюсь его способности выбивать продовольственные товары.
— Кушать. Все будем кушать консервы и запивать сгущёнкой. Доброй ночи! — ответил я и вошёл в ЦБУ.
Доложив об итогах вылета Веленову, я долго отвечал на его вопросы. Юрий Борисович интересовался всем и не успевал записывать.
— Так, сначала НАРы, потом чем работали? — спросил Веленов, когда через 15 минут мы перешли к обсуждению самого удара по каравану.
— Сначала цель подсветили, а потом капитан Винокура пустил «сигару».
— Пустил сигару… какая ещё «сигара»⁈ — возмутился командир полка."
"— Юрий Борисович, зачем такие подробности? Я ж вам вкратце уже всё изложил.
— На КП требуют подробностей. План «Завеса» контролируется из столицы. Причём самой что ни есть советской столицы. Всё нужно знать. Так что за «сигара»?
Пока я докладывал командиру полка, появился и Кеша. Нашего сухого пайка хватило, чтобы угостить и разведчиков, и дежурную смену на ЦБУ.
Как только мы сели перекусить, Липкин начал рассказывать о беседе с Сопиным. Послушать было интересно, поскольку Игорь Геннадьевич находился в Кабуле рядом с генералом Целевым.
— Все довольны, но не до конца. Завтра летим на осмотр места вместе с Сопиным, — проговорил Пётр Петрович, намазывая кильку на хлеб.
— Понятно. Что генерал сказал? — спросил я.
— Рэм Иванович ждёт телеграмму от нас с именами отличившихся. А для тебя, Саныч, отдельное сообщение. Целевой сказал, чтоб себя не указывал. Он сам знает, как тебя наградить, — ответил мне Липкин.
— Сан Саныч, наверняка подготовят тебе большую и красивую звёздочку, — предположил Винокура.
— Думаю, что отделаются «большим командирским спасибо», — ответил я.
Сидящие за столом улыбнулись и решили выйти на перекур. Остался только Кеша и Пётр Петрович.
Мой друг Иннокентий был занят поеданием ещё одной банки тушёнки, которой я его угостил. А вот Липкин не торопился вставать из-за стола. Командир отряда спецназа придвинулся ко мне и внимательно посмотрел.
— Саныч, как ты сюда попал в этот забытый всеми Шахджой? Это не твой уровень.
— Почему ты так считаешь? Я досрочно получил воинское звание «майор».
