Освещённый ярким солнцем свет ослеплял и заливал пот со лба. Я без сил поднялся, удерживая равновесие на пыльной земле, как будто находясь в самом настоящем Афганистане. Усталость проникала до мёртвых глаз, а песок постепенно заполнял глотки, заставляя каждый шаг становиться все труднее....
Похоже, «Афганский рубеж 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Постоянно выдавался сигнал о снижении за эту отметку.
— 102-й, рубеж 1, — произвёл я доклад в эфир, когда мы с Винокурой пролетели рядом с озером Абу-Мукур.
Разрывы снарядов и гранат следовали с пугающей частотой. Я отметил, как земля на склонах вздымалась от ударов, осколки камней разлетелись во все стороны, а тучи пыли заслоняли видимость.
Равнина провинции Заболь простиралась вокруг — сухая, выжженная солнцем, с редкими кустарниками, которые цеплялись за жизнь. Узкие арыки пересекали местность, уходя к далёким кишлакам.
— Понял 101-й, группой рубеж 2, — услышал я в эфире знакомый позывной от ретранслятора.
Веленов, как командир, возглавил одну из групп высадки.
— Саныч, прошли третий поворотный, — сказал мне Кеша, когда мы пролетели над очередной сопкой.
Я доложил в эфир и постарался высмотреть позади нас основную группу. Пока местность ещё была более равнинной, боевой порядок Ми-8 и Ми-24 можно было разглядеть в зеркале заднего вида.
Выстроившись «колонной пар», вся группа напоминала разбухшую гусеницу, лениво следующую над сопками долины. Чем ближе мы будем у района высадки, тем больше мы с Винокурой будем удаляться. Наша с ним задача — «подготовить» площадку для Ми-8.
— Прошли Джанихейль. Скорость 260, — даёт мне подсказку Кеша.
— 125-й, «прибор» 260, — дал я команду ведомому, и мы начали ускоряться.
Дым и клубы пыли, поднятые от разрывов снарядов и ракет, становились всё плотнее.
Выше 10 метров над рельефом уже не поднимаемся. Можно попасть в зону поражения ракет. Да, местность зачистили, но предосторожность не помешает.
Но тут вступает в работу уже инстинкты. Разум понимает, что ты летишь над землёй, а глазами тебе кажется, что едешь. Можно разглядеть каждую трещину на скалах и высохшей земле.
— 102-й, рубеж 5. Наблюдаю площадку, — доложил я, переключая на панели выбор вооружения.
— Понял, 102-й, — услышал я довольный голос с Ан-26.
Если настроение у командования хорошее, значит, всё идёт по графику. В эфире неслышно какой-то паники или сложностей, которые могли возникнуть у других групп.
Приближаемся к ровной площадке, которую уже достаточно сегодня перепахали снаряды и бомбы наших смежников.
— Заходим. Внимание, отстрел, — скомандовал я, чтобы Кеша начал выпуск ловушек.
Проходим над площадкой, но никакого движения.
