В добрый путь! Сержант с надеждой глянул на усатого водителя, летящего в неведомое направление. Жирный парень, казалось, готов был объехать поселок Кияница кругами ради краткого разговора. Новый лейтенант, с его новенькими погонами и выцветшей гимнастеркой, подтверждал честь своей службы. Улыбка на лице молодого человека не скрывала легкой задиристости....
Его добровольное согласие стать осведомителем, официально оформленное Василием Ивановичем Хромченко еще в бытность его старшим лейтенантом госбезопасности и начальником «особого» отдела полка, было охотно подписано Ваней с проставлением даты вербовки – 20 июля 1942 года. Полк в это время стоял под Воронежем, заняв глухую оборону и готовясь отразить начавшееся наступление противника. Тут-то Ивана Сысолятникова, только что избранного комсоргом полка взамен убитого снайперской пулей сержанта Колесова, и вызвал к себе старший лейтенант Хромченко.
Разговор был не очень долгим. Василий Иванович не имел привычки к пространным речам патриотической направленности и сразу взял быка за рога:
– Должность у вас, товарищ младший сержант, идеологическая и политическая, а значит, в стороне от задач, стоящих перед органами военной контрразведки, вы стоять не вправе.
– Не вправе, – согласился с ним Ваня Сысолятников.
– Значит, не мне вам объяснять, как важно для органов военной контрразведки знать о настроении и мыслях бойцов, которым не сегодня-завтра предстоит встретиться лицом к лицу с врагом.
Сам Сысолятников был из Магнитогорска, где формировалась 167-я дивизия, поэтому заявил:
– Ну, за ребят из Магнитогорска я уверен: в бою не подведут…
– Не скажите, товарищ младший сержант, – не согласился с мнением комсорга полка Василий Иванович. – Не скажите… – повторил он. – Подчас на войне случаются такие загогулины, что и не подумал бы.
