В добрый путь! Сержант с надеждой глянул на усатого водителя, летящего в неведомое направление. Жирный парень, казалось, готов был объехать поселок Кияница кругами ради краткого разговора. Новый лейтенант, с его новенькими погонами и выцветшей гимнастеркой, подтверждал честь своей службы. Улыбка на лице молодого человека не скрывала легкой задиристости....
Сысой за время пребывания в агентах-осведомителях уже перестал удивляться приказаниям старшего лейтенанта Хромченко и просто ответил:
– Есть!
Он стал чаще бывать в штабе полка, оказывался в том же подразделении, в котором по делам службы находился капитан Олейников, и вскоре на стол Хромченко легло донесение Сысоя о том, что ПНШ-4 частенько отлучается из расположения полка и ездит в освобожденную Суджу, откуда он родом. Это был уже не сигнал, а крепкая зацепка для заведения формулярного дела на капитана Олейникова и его оперативной разработки.
Гибель Василия Ивановича добровольный осведомитель Сысолятников воспринял как крушение надежд. Он уже мыслил себя героем, разоблачившим вражеского агента (ну, или, во всяком случае, крепко подсобившим военной контрразведке по раскрытию шпиона). Это не просто какое-то поощрение, тут серьезной наградой попахивает (надо полагать, на орден Красной Звезды потянет!), а там и перевод в штат «СМЕРШа».
Ваня подал заявление в полковую партийную организацию о приеме его в члены ВКП(б) и стал копить кандидатский стаж. И тут – трагическая гибель старшего лейтенанта Хромченко…
Вызов к новому оперуполномоченному «СМЕРШа» младшему лейтенанту Ивашову агент-осведомитель Сысой воспринял как предоставление второго шанса отличиться. И, конечно, охотно принял предложение Ивашова к продолжению сотрудничества.
