В добрый путь! Сержант с надеждой глянул на усатого водителя, летящего в неведомое направление. Жирный парень, казалось, готов был объехать поселок Кияница кругами ради краткого разговора. Новый лейтенант, с его новенькими погонами и выцветшей гимнастеркой, подтверждал честь своей службы. Улыбка на лице молодого человека не скрывала легкой задиристости....
Смерть наступила мгновенно…» Картина преступления дополнялась еще несколькими строками о том, что «пистолет „ТТ“ лежал на полу возле правой задней ножки стула под свесившейся правой рукой. Левая рука, согнутая в локте, лежала на столе…» Ниже следовала приписка, что беспорядка в кабинете не наблюдается: сейф закрыт на ключ, мебель и вещи находятся на своих местах. Выходило, что первоначальное предположение о том, что сейф был открыт и убийца (а от версии, что таковой был, Егор Ивашов не хотел отказываться) этим воспользовался и изъял секретные папки из запирающегося отделения сейфа, было ошибочным.
При осмотре трупа на большом пальце правой руки были обнаружены следы пороховой копоти. Порошинки пороха и остатки смазки обнаружены также на тыльной стороне правой кисти. На пистолете и обшлаге правого рукава гимнастерки имелись капли крови. Это все доказывало, что последний выстрел старший лейтенант Хромченко произвел собственной рукой…
Из карманов обмундирования покойного Хромченко были изъяты: удостоверение личности, расчетно-вещевая книжка, продовольственный аттестат, памятная книжка с записями и карандашом в кармашке, расческа и ключи от несгораемого шкафа.
Картина преступления стала вроде бы ясна. Только не очень нравились Ивашову все эти «очевидно» и «предположительно». Неразрешенными оставались вопросы: когда пропали особо секретные папки из запираемого отделения сейфа и кому они были опасны.
Настораживало наличие расхождений в показаниях «свидетелей».
По показаниям прибежавшего на выстрел второго помощника начальника штаба по разведке капитана Величко, внутри кабинета Хромченко, в шаге или двух от дверей, уже находились капитан Рыжаков, первый помощник начальника штаба по оперативной работе, и писарь из отдела капитана Олейникова рядовой Епифанцев.
– Лучше фашистскую пулю получить, чем вот так вот…
Следом на выстрел прибежали помначштаба по тылу старший лейтенант Шевчук, капитан Олейников и заместитель командира штабного взвода сержант Костенко. Позже появился и начштаба майор Степанов.
