В добрый путь! Сержант с надеждой глянул на усатого водителя, летящего в неведомое направление. Жирный парень, казалось, готов был объехать поселок Кияница кругами ради краткого разговора. Новый лейтенант, с его новенькими погонами и выцветшей гимнастеркой, подтверждал честь своей службы. Улыбка на лице молодого человека не скрывала легкой задиристости....
Значит, надлежало допросить следующих товарищей:
– ПНШ-1 – капитана Рыжакова;
– ПНШ-2 – капитана Величко;
– ПНШ-4 – капитана Олейникова;
– ПНШ-5 – старшего лейтенанта Шевчука;
– писаря штаба рядового Епифанцева."
"Последними к двери кабинета Хромченко подошли заместитель командира штабного взвода сержант Костенко и начальник штаба полка майор Степанов. Возможно, придется допросить и их. Среди всей этой группы, насколько было известно Ивашову, в оперативной разработке находился только капитан Олейников. И одна из двух особо секретных папок, пропавших из запираемого отделения сейфа, возможно, была с его делом.
Начал он с первого заместителя начальника по оперативной работе штаба капитана Рыжакова.
Когда сержант Масленников привел Рыжакова в кабинет, тот выглядел очень недовольным.
– Вы отрываете меня от срочных дел, товарищ младший лейтенант, – проговорил капитан и немного скривился от предложения присесть на стул.
– Ну, а что делать, если возникла необходимость побеседовать с вами, – невозмутимо произнес Егор.
– И о чем же? – закинул ногу на ногу первый помначштаба.
– О смерти моего предшественника старшего лейтенанта Хромченко.
– Три недели назад меня уже допрашивал следователь из отдела контрразведки дивизии, – заметил Рыжаков.
– Теперь буду допрашивать я.
– На каком основании? – поинтересовался капитан, уже не скрывая своего раздражения.
– На основании того, что это мое право и обязанность, – заявил Ивашов и добавил: – И на основании того, что при невыясненных обстоятельствах погиб оперуполномоченный контрразведки «СМЕРШ» полка старший лейтенант Хромченко.
– Каких таких невыясненных обстоятельствах? – искренне удивился Рыжаков. – Все уже выяснено: ваш старший лейтенант погиб в результате неосторожного обращения с личным оружием. И военный прокурор, насколько мне известно, закрыл дело.
– Он закрыл, – согласился с ним Егор. – А я открыл. Появились новые обстоятельства…
– Какие еще такие обстоятельства? – вскинул брови Рыжаков.
– Это я не имею права разглашать, – ответил младший лейтенант.
– Значит, все закрутится по новой?
– Так точно, – кивнул Егор.
– Что, и начштаба будете допрашивать? – с легкой усмешкой спросил капитан.
– Если сочту нужным, то да, – на полном серьезе ответил Ивашов.
– Гм. Далеко пойдете…
– Надеюсь на это… Еще вопросы будут?
– Что ж, валяйте! Только давайте сразу по существу, – попросил Рыжаков.
