В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
– Да так, я тут подумала, а что помешало бы Семицветовой и в самом деле убить двух зайцев? И в кругосветное путешествие отправиться, и из города исчезнуть? В кругосветном путешествии фиг кто ее найдет! В том числе и мы.
– Не будем о грустном, – быстро сказала Кира. – Если она сейчас где-нибудь в Аргентине, то мы, ясное дело, ее не достанем. Но ведь не факт, что она там. Вполне возможно, что она осталась где-нибудь в городе, чтобы наблюдать за тем, как будут убивать ее двойника.
– Я не хочу-у-у умира-а-ать! – зарыдала уже в голос Лиза.
– Да не вой ты! Соседи сбегутся! – урезонила ее Кира.
– Не-а! – неожиданно спокойно покачала головой Лиза. – Тут стены такие, что по ним из пушки палить можно. Ничего не слышно. А-а-а! О-о-о! У-у-у! Горе мое горькое! За что же мне это все-о-о!
– Оставь ее! – дернула подругу за руку Леся. – Раз не слышно, пусть повоет. Глядишь, и успокоится.
И, оставив безутешную Лизу в одиночестве заливать свое горе минеральной водой с валерьянкой, подруги принялись планомерно обыскивать квартиру Семицветовой.
– Потрясающе! – вознегодовала Кира. – Другого времени для наведения порядка ты не нашел?
– Кира, ну как ты можешь? – еще более печально произнес Борисов. – А что ты делаешь?
– Шкаф разбираю! – сердито ответила Кира, которая в этот момент как раз заканчивала вытаскивать из стенного шкафа последние коробки, в которых рылась Леся.
– Вот видишь! – обрадовался Борисов. – Сама разбираешь, а мне что, нельзя?
– Так это же совсем другое дело! – воскликнула Кира.
– У меня тоже необходимость, – посетовал Борисов. – А из квартиры меня Дима все равно не выпускает. Вот и приходится чем-то себя занимать.
– А почему он тебя не выпускает? – встревожилась Кира.
– Ему не нравится человек, который стоит под моими окнами, – признался Борисов. – Вот мы и наблюдаем. То есть Дима наблюдает, а я вещи после обыска по местам раскладываю.
– После какого обыска? – закричала Кира.
