В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
– Тебе легко говорить! – возразил Дима. – Не тебе ведром по башке досталось.
И возмущенно что-то бормоча, он прошел дальше. Но сегодня определенно была не его ночь. Потому что, не успел он сделать и двух шагов, как вдруг со сдавленным криком взмахнул руками и рухнул на пол."
"– Ой! – снова вскрикнула Леся, кидаясь к упавшему другу. – Что с тобой?
– Прямо не знаю, что тебе сказать, – послышался сдавленный и какой-то несчастный голос Димы. – Похоже, я упал.
– Да что же это все на тебя валится, – запричитала над ним Леся, помогая ему подняться.
– Черт знает что, – признался ей Дима. – В первый раз со мной такое.
– Ничего, дальше все будет хорошо, – заверила его Леся. – Похоже, наши коллеги пристроили на дверь ведро с водой и натянули веревку, чтобы усложнить возможным ночным посетителям жизнь.
– Уже понял, – уныло отозвался Дима, потирая ногу.
– Ты сам идти можешь? – участливо спросила у него Леся.
Дима проверил и сказал, что все в порядке. Но почти сразу же оказалось, что зарекаться никогда не следует.
Но диванчика на месте не оказалось. И так как дело происходило в кромешной темноте, свет зажигать не решались из опасения спугнуть злоумышленника, Дима с размаху плюхнулся прямо на сломанную Кирой кофеварку, выставленную в коробке в приемной.
– Что со мной? – расстроился Дима, когда его выволокли из-под смятого картона и обломков кофеварки и немного привели в чувство.
– Бедный ты, бедный! – расчувствовалась Кира. – Вот наставили ловушек.
– А диванчик? – жалобно спросил у нее Дима. – Тут должен быть диванчик.
– А диванчиком они приперли дверь в офис, – просветил его Борисов, который, похоже, в темноте видел, словно кошка. – Мера отчаяния, рассчитанная на то, чтобы помешать злоумышленникам проникнуть в офис, пока их шеф болтается неизвестно где вместо того, чтобы позаботиться о новом замке.
– Могли бы и сами его врезать, – проворчала Леся.
– Но тогда бы мы с вами не попали сюда, – резонно возразил Борисов.
В ответ Дима издал целую серию жалобных стонов, чтобы уж наверняка ни у кого не осталось сомнений, что лично он не в восторге от того, что попал сегодня ночью в офис.
– Ты полежи! – предложил ему Борисов. – А я поищу, чем бы тебя вытереть.
Ничего более подходящего, чем ручное полотенце самой Леси, в офисе не нашлось. Пришлось ограничиться им.
