Живописная девушка из коммуналки, одетая уже в кофту и тапочки, выглянула из-под одеяла. Её лицо было потемневшим от усталости, но взгляд оставался ярким и решительным. В комнате были лишь необходимые вещи — всё было чистым и простым, но в ней зарождалась мысль о новом пути: стать агентом «Ван Хельсинга»....
Ей так захотелось что-нибудь разнести, что она едва сдержала желание разгромить фонтан на площади.
— Элис, что вы на улице мерзнете? Вам плохо? — прощебетала графина Штайлейн, подскакивая к чародейке.
— Мне что-то нездоровиться, наверное, переборщила с вином, — сдавленно улыбнулась Мира. — Вы же не обидитесь, если я уйду пораньше?
— Конечно, нет, я сейчас же прикажу прислать ваш экипаж. Ваш муж поедет с вами?
— Я думаю, он сам решит, когда ему уйти, — обтекаемо ответила чародейка. — Поблагодарите графа за гостеприимство и извинитесь, пожалуйста, за меня, что я не смогла его лично поблагодарить.
— Что вы, что вы, дорогая, конечно, — всплеснула руками Хельга. — Вы к нам зайдете еще на неделе?
— Вряд ли, мы с мужем уезжаем завтра.
— Как жаль, — вздохнула графиня. — Всего вам доброго.
— И вам, — Мирослава улыбнулась и с помощью швейцара забралась в экипаж.
Дома, не раздеваясь, она собрала все свои вещи и деньги и сложила их у себя в спальне, оставив на клавесине мешочек с монетами и письменным распоряжением для дворецкого, который был самым честным человеком, которого Мире приходилось встречать.
Наши дни.
Для проведения обряда выбрали старый цех на окраине города. В помощники Ане Шеф определил Антона, Ляну и Ланселота. Девушки занялись рисованием каркаса, пока мужчины стояли «на стреме».
— Что дальше? — напряженно спросил Антон.
— Ждать, — тихо ответила Аня. — Лемур должен откликнуться не дольше чем через час.
Агенты расположились прямо на полу, положив свое оружие под рукой, и потянулись минуты ожидания. Лемур явился в начале второго часа, когда Аня уже начала волноваться насчет правильности изображения знака призыва.
