Живописная девушка из коммуналки, одетая уже в кофту и тапочки, выглянула из-под одеяла. Её лицо было потемневшим от усталости, но взгляд оставался ярким и решительным. В комнате были лишь необходимые вещи — всё было чистым и простым, но в ней зарождалась мысль о новом пути: стать агентом «Ван Хельсинга»....
— Вы сможете сделаться невидимой?
Мирослава глубоко вздохнула, отложила яблоко на столик и ее глаза стали наливаться магией. Набрав в себе нужное количество энергии, она зашептала заклинание. Не прошло и минуты, как она растаяла посреди комнаты.
— Восхитительно, — Штильцхен явно был очень доволен. — Вы и вправду маг!
— Может, теперь, наконец, перейдем к делу? — раздраженно спросила Мира, срывая с себя невидимость.
— Конечно, присаживайтесь. Вам нужно будет кое-что украсть для меня.
— И что же?
— Один очень ценный артефакт, но самая большая сложность заключается в том, что украсть это вам придется из сокровищницы барона Лихтенштейна.
— Это где?
— В трехстах пятидесяти милях отсюда, в его родовом поместье.
— Цена? — коротко бросила волшебница.
— Сто золотых, половину плачу вперед.
— Неплохо, — Мира прищурилась. — Что за артефакт?
— Один кинжал, барон даже не знает, что он там лежит.
— Кинжал? — взгляд чародейки стал пронзительный, а губы скривились в насмешливой улыбке.
— Да, кинжал, не совсем обычный, конечно.
— Как же мне понять, что я возьму в сокровищнице именно тот кинжал, что вам нужен?
— Вы почувствовали мои слабые артефакты, так что вы сразу поймете, какой кинжал мне нужен, — Штильцхен ухмыльнулся. — Согласны?
— Сколько даете времени?
Этот любитель элегантности явно что-то мутил, но Мирослава никак не могла уловить, что именно с ним не так.
— Две недели, плюс-минус два дня. Хотя вы могли бы телепортироваться, и управится намного быстрее.
— Я не могу переноситься туда, где ни разу не была.
— Я знаю, — Штильцхен окинул волшебницу томным взглядом. — Поэтому и даю вам две недели. Вы согласны?
— Согласна, — после небольшой паузы кивнула Мира.
— Прекрасно. Альфред, принеси госпоже Элис ее деньги и проводи к воротам. Мне пора, дела ждут, до скорого свидания, — аристократ улыбнулся, галантно поцеловал девушке руку и удалился.
Вскоре вернулся слуга с небольшим мешочком, туго набитым золотыми монетами и проводил чародейку к воротам.
Наши дни.
Ляна с Мирославой сидели в комнате в гробовом молчании, было слышно тиканье часов на руке у спящего на диване Шефа.
Внезапно по телу судмедэксперта прокатилась волна какой-то странной дрожи, Мирослава тут же подскочила с кресла.
— Это была магия? — удивленно спросила Ляна.
