Я смотрела на замок из узкого окна собственных покоев. Кавалькада новобрачных исчезает за холмом. В эти мгновения я проводила большую часть своего времени в замке дяди, где было меньше людей и бесед, а отцу-лорду Маккармейгу приходилось заботиться о многих других делах....
В итоге этот неотёсанный скотлинг плюнул на землю и мрачно пообещал все блага мира. Господин Пейсли открыл было рот для того, чтобы визгливо позвать охранников, которое пресекли бы подобное бесчинство, но внезапно вспомнил о том, что сам же их и уволил.
- Совсем ополоумел? Что этот лендер вообще себе позволяет? – презрительно выпятив губу, процедил Пейсли, дождавшись, пока этот деревенщина покинет поле его зрения.
- Так вы же сами велели… а они повадились – аванс забирают, и всё на этом… покупателей уж который день нет.
Но господин был неумолим – всех уволить, всех! Не оправдали возложенного на них доверия. Уволить сей же час! Чтобы духу не было! А с работниками он и сам справится, подумаешь тоже – наука!"
"О чём тут же и сообщил притихшему управляющему, который опустил голову и скривил губы, невесело усмехнувшись:
- А работников-то нет! Вчера последний мужик сбежал. Кровельщик он был, вроде как! А, впрочем, не знаю, брал тех, кто на ярмарке болтался без причины.
Нет, этого не может быть! Господин Пейсли, оскальзываясь в грязи и пачкая модные сапоги с узкими носами, стал спускаться к реке… он грязно выругался – всё было именно так, как и говорил этот подонок, этот…
Нет, это он так не оставит! Хватит, натерпелся, вышло время. Дольше тянуть просто некуда… да и незачем. Он тяжело поднялся с какой-то деревянной чурки и стал медленно карабкаться наверх.
Впрочем, это всё такая мелочь… зашедши в дом, господин потребовал чистую одежду, собрать ему с собой обед и заложить карету. Естественно, немедленно. Торопливо пояснив удивлённым домочадцам, что вернётся сегодня достаточно поздно, отбыл.
