Итану с трудом удалось удержать зверя, который готов был рыкнуть на друга, приструнить его, прогнать, утверждая за собой право единственного. Но отвлекла реакция девушки.
Айвири вдруг застыла, поджала недовольно губы и отвернулась, словно видеть его не хотела.
— Что-то случилось? — требовательно спросил мужчина, не в силах понять причин такого поведения.
Что-то между ними было. И это что-то нервировало и тревожило.
Она едва заметно покачала головой и ещё больше напряглась.
— О чём это ты? — поинтересовался Блейн, подходя ближе.
А сам не сводил взгляда с профиля девушки. И она это чувствовала.
— Если у тебя всё, то я пойду, — произнесла она сдержанно. — У меня много работы, да и к завтрашнему дню подготовиться надо.
— Значит помешал всё-таки, — усмехнулся Блейн и бросил ей в след едкое. — Бежишь, Айвири?
— Блейн, в чём дело? — вновь спросил Итан, наблюдая за ними с возрастающим беспокойством и тревогой."
"— Ни в чем, — отозвалась девушка, застыв на мгновение, но головы так и не повернула. — Вы ошиблись, уважаемый лэр. Не имею такой дурной привычки сбегать от проблем. И в отличие от вас, Блейн, у меня действительно много работы. Всего доброго, Итан.
Ларкас некоторое время смотрел ей вслед, а после повернулся к другу, который уже уселся на каменный алтарь и жмурился от яркого солнца, которое пробиваясь сквозь ветки, светило ему прямо в лицо.
— Слезь.
— Имей совесть, Итан, я больной и немощный ликан. Мне надо отдыхать.
— С алтаря слезь, — всё так же сухо повторил молодой мужчина, подходя ближе.
— Сяду на траву и заболею.
— Это не Ардан, земля тёплая, так что не заболеешь. Тем более, что ликаны от такой ерунды простуду подхватить не могут. Ты легко перенёс жуткие морозы завесы, а тут решил заболеть из-за пустяка. Так что повторяю в последний раз, слезай.
— Есть, командир, — отозвался тот, спрыгивая и присаживаясь на травку и опираясь на алтарь спиной. — Ну, говори, не молчи. Вижу, как тебе не терпится.
— Нет, это ты говори. Что происходит?
— Конкретнее, Итан, конкретнее. Ты всегда говоришь слишком обобщенно и пафосно.
— А ты как был занозой в лапе, так и остался, — не остался в долгу Ларкас. — Но сейчас явно превзошел себя.
Ленивая ухмылка исчезла с лица, обнажая усталость и какую-то безнадёжность, от которой холодок прошелся по коже.
— Ты никогда не думал, почему я сразу не забил тревогу, почему никому не рассказал про осколок? Я ведь почуял его, как только мы перешли границу Ардана.
— И почему же ты этого не сделал? — покорно спросил ликан.
— Может я просто хотел сдохнуть. А ты не дал. Опять.
— Интересный способ ты выбрал для смерти. Превратиться в ледяного монстра в самом сердце Иллиума.
— Ты должен был менять убить. Сразу, как только я отключился. И сделал бы это лично. Не отнекивайся.