Ледяной демон шагает по застывшему лесу, его взгляд жуток, как камень. Волосы на кончиках снежно-белые, словно снеговик из мороза. Холод следом за ним - не просто холод, а мрачная стужа с пронзительными ветрами.
Встречи становились всё чаще и чаще, пока всё не случилось..."
"Говорят, что они пытались скрыть свою связь, но как это сделать, когда все и всё на виду? Дар пропал, послушница больше не могла помогать другим. А потом она и вовсе сошла с ума и прыгнула с обрыва, когда узнала, что её любимого заточили в темницу.
Проклятье нельзя остановить, когда-нибудь безумие накроет и меня, зароется в мысли, затуманит рассудок и убьёт. Я смирилась со своей участью и хотела лишь одного - спасти Итана.
Туниса категорически запретила мне идти к антуру и просить о милости.
- Это бесполезно. Во-первых, он не станет тебя слушать, ты проклята, не забывай. Во -вторых, ты еще слишком слаба и едва держишься на ногах. До антура может и дойдешь, но там свалишься без чувств. Ничего не добьешься и себе навредишь. А в-третьих, твои слова ничего не значат для них, уж прости за откровенность. Пойду я. Меня они услышат, -заявила ведьма, одеваясь.
Мне только и оставалось, что сидеть и беспомощно следить за её сборами.
- Пообещай, что спасешь его.
- От этого зависит и моя жизнь, - отозвалась ведьма, стоя в дверях. - Не переживай, всё будет хорошо. А ты отдыхай. И самое главное, не забывай принимать настойки. Тебе нужны силы, если ты хочешь помочь Итану.
Туниса вернулась ближе к вечеру. Бледная, уставшая, она закрыла дверь и прижалась к ней спиной, закинув голову назад.
- Что? Не получилось? - срывающимся голосом спросила у неё, медленно поднимаясь со своего ложа.
- Получилось, - продолжая разглядывать потолок, отозвалась Туниса.
- Но у нас есть время, чтобы придумать еще что-нибудь, - произнесла я, вздохнув с облегчением.
Время - это хорошо. Можно было успокоиться хотя бы на время.
- Есть, - кивнула Туниса, выпрямляясь и снимая с шеи платок. - Мы справимся. Ты как? Настойки выпила?
- Уже получше. Всё выпила. Жара нет, но слабость никуда не делась.
- Ничего, это пройдет.
- Точно всё в порядке? - уточнила я, внимательно её изучая.
Бледная кожа, бездонные глаза, синяки под глазами и обескровленные губы.
- Да, - отозвалась она, подходя к столику и наливая себе воды. - Всё нормально... просто... дар давит, - закончила Туниса и повернулась ко мне. - Теперь приходится страдать за двоих. Сейчас посижу немного и будем ужинать. Хорошо?
- Да.
Но несмотря на все заверения, усталость и слабость не проходили.
Так прошло еще три дня, а самочувствие не улучшилось ни на каплю.
