Ледяной демон шагает по застывшему лесу, его взгляд жуток, как камень. Волосы на кончиках снежно-белые, словно снеговик из мороза. Холод следом за ним - не просто холод, а мрачная стужа с пронзительными ветрами.
- Врёшь!
- Лишилась, - упрямо повторила ведьма. - Но приобрела новый.
Я снова взглянула на метку, ощущая, как меня всю трясет от сил, пробуждающихся внутри. Они были так похожи на прошлые и в то же время такие другие. Сильнее, могущественнее и опаснее.
Я столько могла сделать!
- Как такое возможно?
- Ты думала в храм тебя привёл демон? Нет, это была великая. Она это сделала. Она соединила вас с Итаном.
- Итан! - вскрикнула я, и завертела головой, пытаясь вспомнить где, моя одежда и тёплые ботинки.
- Итана выгнали за завесу позавчера, - вдруг тихо произнесла Туниса.
Я так и застыла с кофтой в руке.
- Что? - спросила, медленно повернувшись.
- Итан ушел, - повторила ведьма.
Мой взгляд она не выдержала, отвернулась и закусила губу.
- Ты же сказала, что ему дали отсрочку, - бесцветным голосом произнесла я, чувствуя, как внутри всё словно обрывается.
- Один день. Ему дали всего один день.
Я зажала рот рукой чтобы не закричать.
Огонь в очаге не просто горел, он ревел, грозя сжечь всё вокруг. Но даже он не мог передать ту боль, что горела у меня в сердце.
- За что? - прошептала я спустя несколько секунд.
- Так было надо. Прости.
- Ты... ты убила его.
Значит этот кошмар был вовсе не кошмаром. Итан сейчас там, на заснеженном поле, один на один с демонами. Умирает. А я...
- Айвири, пойми, так надо. Вы еще не выполнили предназначенное, - произнесла Туниса, бросаясь ко мне.
Не знаю откуда взялись силы, но я оттолкнула её от себя.
- Не смей! Не смей мне говорить о предназначенном. Ты убила его! Ты. За что? Ведь это же Итан! Он как никто достоин спасения! Ты хоть понимаешь, что ему там не выжить?!
- Ты злишься, но послушай.
- Нет! Я не буду слушать! Ни слова! Я спасу его! - крикнула ей, хватая свою шубку, надевая шапку. - Я пойду к завесе. Теперь меня никто не остановит.
- А о ребёнке ты подумала? - крикнула мне вслед ведьма.
Я застыла в дверях, и шапка с шарфом выпали из моих ослабевших рук.
- Каком ребёнке?
Собственный голос казался неправильным, чужим и неприятным. Воротник платья душил. Я провела по нему пальцем, пытаясь ослабить давление и открыть доступ воздуху.
Но это мало помогло. Я всё равно продолжала задыхаться. До боли в груди и звездочек перед глазами.
- Ты же большая девочка, Айвири, - насмешливо произнесла Туниса у меня за спиной. Она явно успела прийти в себя. - Знаешь ведь, откуда берутся дети.
