Ледяной демон шагает по застывшему лесу, его взгляд жуток, как камень. Волосы на кончиках снежно-белые, словно снеговик из мороза. Холод следом за ним - не просто холод, а мрачная стужа с пронзительными ветрами.
Я сглотнула горькую слюну и схватилась за ручку двери, пытаясь удержаться на краю пропасти, в которую меня всё сильнее тянуло.
- Послушница не может иметь детей. Никогда. Это тоже часть проклятья Кандиры."
"- Но мы уже успели выяснить, что тебя оно не затронуло. Переспав в Итаном, ты не стала пустышкой, а получила новый, еще более мощный дар. Тогда почему не может быть ребёнка?
Я сжала кулак и со всей силы стукнула по двери. Дерево затрещало, проминаясь от удара. И ему вторило пламя в очаге, поднявшись почти до потолка.
- Хватит!
- Да, вот именно, хватит! Хвалит жалеть себя, Айвири! - резко произнесла ведьма. - Не ты первая, кто чего-то лишился в этой жизни. Не единственная, кто страдал! Думаешь, я не понимаю тебя? Я отдала на алтарь победы всё. Свою жизнь, будущее, детей, которые никогда не родятся. По-твоему, это так просто? Жить и знать о своих малышах, понимать, что их не будет! Никогда. Я отказалась от своей пары.
- Ты не отправляла его на смерть! - выкрикнула я, резко поворачиваясь.
Все стаканы и графин, а также часть бутылочек взорвались, осыпая пол блестящими осколками.
- Отправляла, - возразила Туниса, будто успокаиваясь. - Каждую вылазку эти десять лет. Каждый раз, когда он уходил за завесу. я не знала, вернётся Блейн или нет. И полгода назад именно я помогала его лечить. И я же, - ведьма запнулась, прогоняя подступившие слёзы, и продолжила, - никому не сказала про осколок, который остался у него в ране, обрекая его на страдания.
Слышать это признание было еще ужаснее.
- Нет, ты не могла, - прошептала я, утратив весь воинственный пыл.
Разве можно было смолчать и подвергнуть свою пару такому риску? Я отказывалась верить. Но смотрела в чёрные, как ночь глаза, и понимала, что всё правда.
- Я должна была, - отворачиваясь выдавила из себя Туниса. - Лаари приказала, ничего не объяснив, и я выполнила, не задавая лишних вопросов. За годы такого существования научишься беспрекословно подчиняться.
- Ты чудовище, - проглотив подступившие слёзы, прошептала я.
- Пусть так. Но иначе наш мир не спасёшь. Что значит гибель и страдания одного, когда на кону столько жизней? - спросила женщина, снова взглянув на меня.
- Блейн знает?
По её лицу пробежала тень, которую скрыть не удалось.
- Да. Понял. Не сразу, но понял.
- И что? Понял? Простил? - продолжала допытываться я.
- Это неважно. Сейчас разговор о тебе.
- Да. Ты права. Разговор обо мне. И я не ты. Я не могу идти на такие жертвы.
