Мой младший брат Киар проходил практику как раз под руководством Дориана Бланка, порой я даже жалею, что он решил окончить боевое направление и стать специалистом широкого профиля, а не врачом.
Мысли о кураторе резко испортили настроение. Сразу вспомнился утренний разговор и его нелепый шантаж. Нет, понятное дело, у меня с Деборой Даффи ничего не могло быть, я сказала одногруппникам, что встречаюсь с ней исключительно для того, чтобы о девушке не поползли неприличные слухи и скабрезные шутки по всей Академии, но поведение куратора бесило. Какого шварха он постоянно вмешивается в мою личную жизнь?
Юлин моментально уловил изменение в моём настроении.
– Смотрю, за семестр Вы так и не смогли найти общий язык с командором?
– Не смогла, – подтвердила я, грустно кивнув. – Даже не представляю, как учиться в Академии ещё девять с половиной лет под его началом.
– Не переживайте так сильно, Анестэйша. У Киара, конечно, тяжёлый характер, но за своих кадетов он всегда стоит горой. Сколько себя помню, в его группах был самый низкий процент отчислений, да и практику он старался выбить для своих сорванцов самую интересную. Вы ещё не раз порадуетесь тому, что именно он Ваш куратор.
«Вот уж сомневаюсь. Как можно радоваться тому, что у тебя в кураторах Киар Леру?» – подумала я про себя, но озвучивать вслух свои мысли не стала. Всё-таки командор и адмирал – братья, некошерно как-то жаловаться на одного другому.
Мои размышления прервала отъехавшая в сторону дверь и появившийся на пороге робот-уборщик. Гусеницы громко зашуршали по полу адмиральского бокса, робот подъехал к столику и поставил на него неуклюжей металлической рукой кружку, которая даже слегка закачалась от неаккуратного с ней обращения, затем развернулся и поехал обратно к дверям. Мельком я отметила, что этот робот ничем не отличается от тех, что обслуживают этаж кадетов, разве что только его корпус ещё более потёртый и исцарапанный, видимо, более старенький. Да и плавности движений ему явно недостаёт.
Меня уже слегка знобило от кровопотери, поэтому я тут же потянулась к кружке, от которой ароматно пахло мятой. А увидев настоящие зелёные листочки, я чуть не взвизгнула в полный голос:
– Настоящая мята?! В космосе?
Я ожидала, что в чае будет сироп или подсластитель с мятным вкусом, но никак не настоящая зелень. Всё-таки это скоропортящаяся вещь в отличие от круп, консервов и полуфабрикатов глубокой заморозки, а значит, и достать такое на станции весьма сложно.